Когда она увидела знаменитые названия бутиков, то хотела развернуться и бежать, но я взял её за руку и завёл внутрь, первого из них, давая указания подбегающему консультанту. Тот, узнав меня, с расцветающей улыбкой пригласил нас в отдельную примерочную комнату, больше похожую на номер в отеле.

Я устроился в удобном кресле, с чашкой кофе и наслаждался, как мой план, баловать и радовать мою девочку, наконец начинает реализовываться.

Консультант Пьер, приносил платья, костюмы, блузки и обувь для примерки.

Надевая очередной наряд, Юля показывалась в нём. Что-то ей шло, что-то слишком агрессивное или приторно-сладкое я отметал.

И я понял, тогда, что будет ей идеально. Мы взяли пару брючных костюмов и туфель и зашли в Диор. Стиль «нью лук», это то, что нужно.

Вот там моя девушка стала настоящей принцессой, и её глазки загорелись от восторга.

–Антон! Смотри, какая сумочка! А платье! О-о-о какая пышная юбка! А эта косуха, чёрная, с розовой молнией!

Пока она мерила, я распорядился принести платье, которое я видел, ей понравилось, но она не решилась его попросить.

–Примерь-ка вот это! —сказал я ей.

–Думаешь? —неуверенно спросила она.

–Ага.

–Оно не слишком вызывающее?

–Попробуй!

В красном коротком платье, с лифом сердечком и эффектным бантом на спине, её глаза казались безоблачным лазурным небом. Моя! Невероятная! Элегантная, стройная, яркая и искренняя. Никакой пошлости, только стиль!

– Тре бель! —не выдержал я, сказав восторженно ей.

– Мерси – ответила она и крутилась вокруг зеркала. Ей нравилось то, какая она сейчас.

– Фантастик, мсьё! Тре бель! —подхватили консультанты.

Гору одежды, туфель и аксессуаров к ней, я распорядился отправить в наш номер, и мы продолжили путешествие.

Юлия восторгалась, хлопала в ладоши.

–Антон, ты меня избалуешь! —сказала она, прильнув к моему плечу.

– Может, именно этого я и добиваюсь! -и подмигнул ей. -Теперь можно и о душе подумать. —сев в такси, сказал я.

И вот мы стоим рядом с очередной живой картиной с открытки, зданием, с любовью описанным Виктором Гюго.

–Вот мы наконец, здесь, вместе. —говорю ей тихо, внутри собора, когда она, запрокинув голову, рассматривала своды.

–Мне это не снится, мы, правда, здесь?

–Правда, -и обнимаю её в ответ.

После мы гуляем по набережной, без маршрутов и планов, и всюду за нами следует символ столицы, заходим погреться в бар, где играют живой джаз. Танцующие увлекают нас за собой, и жалкие крохи оставшейся между нами возрастной разницы, падают под ноги счастливых пар. Я могу танцевать с ней, прикасаться и целовать, дар небес не иначе.

–Любовь моя.

–Да.

–Тебе так идёт эта алая помада, настоящая француженка!

–Правда? Мне очень приятно слышать это.

–И глаза, невероятно яркие.

–А не пора ли нам в кровать? —хитро спросила она, прижимаясь ко мне спиной в танце, и обернулась, посмотрев хмельным взглядом.

–С удовольствием! Обожаю тебя, моя Бель! —наслаждаясь её откровенной близостью, шепнул я, прикасаясь губами к нежной шее.

–Но ты же не чудовище? Или я чего-то не знаю? —спросила она, когда я кружил её за руку.

–Ты приручила меня, превратив в игривого щенка. -и снова прижал её к себе.

–Хорошо, пусть сегодня будет так, – Юля чувственно поцеловала меня в губы.

Французская ночь, с ароматом табачного парфюма, свежего хлеба и вина. Зацелованные губы, затуманенные удовольствием глаза, отпечатки её алой помады на стекле бокала, на моей шее, животе, звуки наслаждения. Романтика трещит и разжигает, греет жарче камина.

Кружевные чулки улетают на улицу из открытой балконной двери, а мы, не замечая, добираемся наконец до старательно заправленной кровати кинг-сайз.

–Люби меня, как ты хочешь, -шепчет она мне на ухо, задевая губами.

Стон был ей ответом.

Руки её протянуты над головой, обездвижены моими руками, изящные ноги задраны к потолку.

Я на грани.

Она освобождает руки и приподнимается над кроватью, встречая каждое моё движение.

Раз, два, три…я чувствую пульсацию её тела и свою, которая убаюкивает.

Глава 11. Юля

Если совершенное сейчас считают стыдным или непристойным, пусть думающие так, катятся по ханжеской дорожке в пункт назначения с ёмким и однозначным названием «Дно», а я останусь здесь, в Париже, настоящая с ног до головы, счастливая и довольная.

Любовь к телу, так же естественна, как и к душе, и мучительна одна без другого. Лаская его, мы радуем душу, вверяя её в руки любимого. Не потому ли, в этом сакральном процессе зарождается новая жизнь?

Потоп или снегопад, в любую погоду Антон вставал в 6:00 на пробежку. Я обожала его за этот утренний ритуал. Успевая чуточку соскучится, но недостаточно сильно, чтобы загрустить, знала: ещё немного и он вернётся, и дожидалась его в тёплой постели.

Вместе с ним в номер запустили аромат свежей выпечки.