–Гори всё синим пламенем!– подумала я. Если хочет – пусть ненавидит меня. А мои чувства никто не тронет. Я буду любить его. Любить его образ, живущий во мне. Он поверил, в то, что я плохая, а я не поверю, в то, что он такой. Для меня он тот, с кем я грелась у костра, гуляла по городу, каталась по воде и разговаривала в машине.

Мы летели по широкому шоссе, скорость была адской, думала умру, выронив сердце по дороге. Скорость снизилась, и мы поехали с ветерком, но комфортно. Я слегка ослабила хватку. Угроза для жизни миновала, а желание обнимать – осталось.

Чувство свободы кружило голову. Мы вдвоём. Я вдыхала его запах, пряный и свежий, как мохито. Чувствовала тепло тела и его напряжённые мышцы. Вези меня и обещай, что, не вернёшь.

Съехав с трассы, мы увидели, что дорога превратилась в узкую лесную и извилистую. Антон наклонял сильнее корпус мотоцикла, а я ещё крепче держалась за него. Деревья склонились от ветра, открывая перед нами вершину холма. Под колёсами похрустывали хвойные иголки. Запах земляники.

Вспышка.

Бабушка ставит на стол глубокую тарелку, с рисунком синих незабудок, в ней дымится рисовая густая каша, а в середине плавится кусочек масла. Чайной ложечкой, добавлю земляничное варенье.

 Я так скучаю по тебе, бабушка.

Солнце опускалось за горизонт, окрашивая мир в розовый.

Антон помог мне слезть с мотоцикла, взяв за руку, и повёл к обрыву, где в реке отражались крупные розовые ватные облака.

–Пожалуйста, прости меня, если сможешь! Мне так жаль, что ты услышала эти обвинения. И я тоже хорош, стоял, как осёл, развесив уши. Артур потом рассказал мне ВСЮ правду. Прости, что обидел. Я просидел под дверями ванной, но ты так и не открыла. Я заслужил.

Забавно, два осла. Антон и Юля. Я так устала от эмоций за эти два дня, что говорила машинально, чувствуя истощение. Только природа вокруг помогала мне дышать и стоять.

Мне хотелось забыть боль, я хотела жить дальше, продолжать чувствовать, а не тонуть в обиде.

–Красиво, —смогла я произнести, а внутри осталось много прилагательных, мёртвых и бездушных.

–Рядом с нами каждый миг красота, важно видеть её. Тебе это удаётся.

Он встал за моей спиной, как на балконе города Н. Но сегодня, впервые, я расслабилась и чуть подалась назад, чувствуя плечами его сильное тело. Далеко внизу блестела коралловая река, медленно унося свои закатные воды и мою боль.

Он взял меня за плечи и позволил мягко опереться на свою грудь.

Я почувствовала невероятную опору и силу, позволяющую мне обмякнуть.

Мне стало тепло и хорошо, как никогда.

Он знал, чего мне не хватало всю мою жизнь.

И сказал лишь: «Будь со мной, если можно…».

А потом обнял меня, крепче, прижав к себе, скрещивая руки на моих ключицах.

Мы стояли, как влюблённые с картинки и провожали закат, из розового ставший алым. Пение птиц затихало.

Этот миг должен закончиться. Я буду помнить о нём всегда.

Я обнимала его и раньше, но такая близость между нами впервые.

Чувствуя его дыхание на своём затылке, шее, слушая его откровения, я замерла.

–Ты всегда была со мной рядом, в моих мыслях. Я смотрел на океан и мечтал показать его тебе. Путешествуя, подмечал места, которые тебе бы понравились. Я добивался новых высот в карьере и гордился ими, рассказывая тебе перед сном. Но я не мог тебе в этом признаться.

Когда ты танцевала для меня в клубе, я впервые рискнул подумать, что могу что-то значить для тебя. Когда в машине ты поцеловала мою руку, я чуть не двинулся разумом. Главное искушение моей жизни, но я устоял, не мог по-другому. Твои светлые глаза и разумные рассуждения всегда оживляли меня, как морской вечерний бриз после жаркого дня.

 Я ждал каждое лето, чтобы увидеть тебя. Но в июне ты не приехала. И тогда принял решение поехать к тебе, в тот день, но, когда ты появилась, я тебя не узнал: с новой стрижкой, красивая, хрупкая и сильная. Моя девочка стала прекрасной незнакомкой с родными глазами.

Я пытался не думать о тебе, забыть, убедить себя, что нельзя, это неправильно. Но понял, что не могу без тебя. Мне недостаточно одного лета. Я хочу быть с тобой каждый день. Жить нашу общую жизнь! Ты мой яркий золотой лучик. Родная душа. Свети для меня, пожалуйста.

И нежно прикоснулся губами к моим волосам на затылке. Потом обошёл меня, встал спиной к обрыву и, глядя в мои глаза, продолжил:

–Я люблю тебя всем сердцем! И хочу сделать тебя счастливой. Я хочу быть с тобой и быть счастливым. Разве это плохо? И сделаю всё, что в моих силах, чтобы тебе было хорошо со мной. Надеюсь и буду ждать сколько угодно, что когда-нибудь ты полюбишь меня в ответ.

–Но… я уже люблю… тебя, – слова, давались мне сложно, я так давно хотела их сказать, что с трудом прорвалась через жесткий контроль разума.

Он замер. Жизнь встала на паузу. Метроном сердца отстукивал удары.

–Я знал. Господи! Я надеялся. В душе чувствовал, что это взаимно, но не разрешал себе поверить. Внушал себе, что это просто твоя мимолётная нежность, а может быть, жалость.