В какой-то момент дядя Антон повернулся назад и посмотрел на меня, улыбнулся, так ничего не сказав. Я улыбнулась ему в ответ и продолжила смотреть в окно, где сменялись один за другим большие загородные дома, среди аккуратно стриженных деревьев.

Целый год прошёл. Видит ли он, как сейчас осчастливил меня, своим голосом, присутствием, взглядом. Мне хотелось прижаться к нему, намертво вцепиться. Один его взгляд и я становлюсь свежим лесом, уютным домом для диких существ. Тянусь к нему как к солнцу.

Тётя Вика любила жить на широкую ногу. Но я никогда у неё раньше не была, праздники всегда отмечали с размахом, но без детей. Много машин стояло вдоль участка. Нарядные люди, в платьях и костюмах, прогуливались с бокалами шампанского в руках по саду, центр которого занимал белый шатёр с круглыми прозрачными столами, украшенными хрустальными вазами с живыми цветами и свечами в высоких подсвечниках, словно изо льда.

На краю участка, на сцене, готовилась к выступлению известная музыкальная поп-группа.

Официанты в строгой белоснежной форме, завершали последние приготовления, ожидая наплыва гостей.

Наш столик рядом со сценой, с шутливой табличкой названием —«Гости из Простоквашино», созвучное, с настоящим именем посёлка, а точнее деревни, где мы жили в Подмосковье. Приглашённые заняли все столики, и началась торжественная программа. За каждым столом был закреплены свой официант. Он следил за чистотой на столе и шустро подливал гостям напитки.

Дядя Антон сегодня особенно много шутил. Они с дядей Виктором, смеялись, вспоминая какие-то байки и ситуации из прошлого, подтрунивали над ведущим и выпивали. Тёти их не слушали и беседовали о чём-то своём и тоже смеялись.

–Как дела у Саши— спросила я тётю Свету.

–У неё хорошо, спасибо, она с папой улетела в Штаты.

Не дождавшись горячего, я незаметно прошмыгнула в дом, поднялась на третий этаж, в надежде найти тихое место и какую-нибудь книжку. В мансардной комнате нашёлся видак, выбор кассет был небольшой, и я включила мюзикл «Эвита».

В середине фильма в дверь постучались.

–Можно? —спросили через шёлку в двери. Голос дяди Антона за дверью.

–Да! Конечно. —заходите

–Вот ты где спряталась! Посижу здесь с тобой, ты не против?

–Конечно, не против. —ответила я, с радостью.

– Почему ты здесь, а не со всеми?

–Я чувствую себя там лишней. Мне больше нравится здесь, смотреть кино. Я привыкла быть одна, мне так …не знаю…спокойнее.

Он сел рядом, на такой же бесформенный, удобный пуфик, что и у меня.

–Это же мюзикл с Мадонной. Классный, но тяжёлый. С удовольствием ещё раз посмотрю.

–А что там, на празднике?

–Если честно, я устал. Одни и те же слова, каждый год одно и то же: поздравляю, желаю, не могу больше.

Потом мы продолжили смотреть, и на последних минутах фильма он задремал.

Я смотрела на его красивое спокойное лицо, мягкие волосы, к которым хотелось притронуться. Бесконечно наблюдать. Изучать его, родинку на шее, незаметный мне раньше маленький шрам на щеке. Каково засыпать рядом с ним и просыпаться?

Когда я накрывала его пледом, он в полудрёме открыл глаза и взял мою руку в свою и прижал к себе.

–Ты такая красивая сегодня, как весеннее небо, чистое и светлое! – осипшим голосом сказал он.

Потянувшись и окончательно проснувшись, взъерошил без того лохматую причёску, потёр руками лицо.

–Извини, я что-то расслабился совсем. Задолбался. Пойдём, может, поиграем в биллиард. Ты умеешь?

–Да, немного у дяди с тётей пробовала.

–Гоу.

Следуя за быстрым шагом дяди Антона, я спустилась в цокольный этаж. Здесь пахло берёзовыми вениками, скорее всего, за стеной сауна. Темно-бордовый зал, с низкими потолками, покрытый тёмным ковром пол, на стенах, обтянутых тканью, висели картины на тему английской охоты: ружья, собаки, дичь. Типичная мужская атмосфера настраивала на размеренные философские беседы.

Принесу что-нибудь выпить что хочешь? Шампанское, вино, колу?

–Если можно, воды.

–Понял. Просто воды.

Дядя Антон с двумя бутылками прохладной воды спустился через две минуты, протянул одну мне и расставил шары на столе. Выбрал кий мне и себе и подал мел.

–Разбивай первой.

Не кокетничая, я сделала удар, сильный, но неточный, задев крайний из пирамиды шар, он не залетел в лузу.

–Обычно все сразу лупят по пирамиде, рассыпая её. Интересно.

Естественно, он забил подряд 4 «свояка», мог бы и дальше, но, видимо, решил поддаваться.

Азарт мой ушёл не появившись. Но я старалась. Забила в боковую лунку. Готовилась к следующему удару.

–Когда целишься, бей точно в центр шара, тогда он будет послушным. —Антон подошёл ко мне, наклонился, положил руку сверху, на мой кий и двигал, помогая моей руке, показывая правильную траекторию движения. И мы забили шар в лузу вместе.

Кадр из пошлого фильма, в реальной жизни оказался естественным действием.

–Оп! Попала! – я расплылась в улыбке.

Думать о шарах я уже не могла. Сердце отбивало дробь, руки не слушались.