– Ты хотела поговорить, Зимняя Дева, – сказал Александр голосом, которого я у него никогда не слышала, и достал из воздуха шампур с нанизанными дольками зефира.

– Можно просто Вера.

Он нетерпеливо взмахнул рукой и сунул шампур в огонь.

– Чего ты хочешь?

– Когда мне было двадцать, по моей вине погиб тот, кто был мне дорог.

– Ты хочешь воскресить человека?

– Это был не человек, – быстро поправилась я. – Он представился Лестером, когда пришел ко мне. Он появлялся и исчезал по собственному желанию и умел оживлять фантазии. И меня научил. Но я так хотела избавиться от волшебства, что случайно уничтожила его.

– Лестер… – проскрежетал Смотрящий, точно выискивал нужное имя в бесконечной картотеке. – Это невозможно.

– Дарина оживила сына!

Смотрящий продолжал вглядываться в огонь.

– Она его не оживляла. Она отдала за него свою жизнь.

«Вера, что ты делаешь?» – прозвучал в голове предупреждающий голос Антона, но я его проигнорировала. И шагнула на свет.

– Вы не контролируете Дев, – жестко произнесла я. – Сегодня двадцатое октября. На улице плюс пятнадцать. Я два года не управляла зимой, а Юля – летом. А если кто-то решит убить себя прежде, чем окончательно станет Девой… – Я перевела дыхание. – Вам нужен менеджер. Кто-то, кто будет искать подходящих девушек. Готовить их, обучать. Следить за порядком. Не человек – он может заболеть или умереть.

Невыносимо медленно, со странным скрипом, точно передо мной шарнирная кукла, Смотрящий повернул ко мне голову. Оживший туман заполнил его глаза почти полностью, и на меня воззрилась сама память мира.

– Координатор, – повторила я, не зная, какое еще слово подобрать, – который будет вам помогать. Обещаю, он не станет их… нас жалеть.

Смотрящий неторопливо поднес шампур к губам, снял зефирку крупными зубами и так же неторопливо прожевал.

– А что взамен, Зимняя Дева? Ты должна предложить что-то очень дорогое для тебя.

– Чего ты хочешь?

– Я вижу детей рядом с тобой, – задумчиво произнес Александр. – Двух маленьких девочек. От разных матерей. Но суть их одна.

Таня и Милана.

– Я не отдам их, – выпалила я прежде, чем успела подумать.

Его губы дернулись в усмешке.

– Так отдай своего.

Что?

Я невольно отступила.

– У меня нет детей. У меня даже… – я запнулась. Можно ли Смотрящему говорить про месячные? – Мой организм не способен на деторождение.

– Это сейчас. Но однажды ты передашь силу Девы другой женщине. – То ли от того, что Александр смотрел в огонь, то ли из-за тумана в глазах, но слова прозвучали как предсказание. – Тогда у тебя появится ребенок, и ты отдашь его мне. За это тебе вернут Лестера.

Я старалась не думать, что на это скажет сам Лестер. Может, он вообще не хочет возвращаться, да еще и носиться с Девами. Но как я спрошу, если его, блин, нет? Уже почти четыре года.

Костер передо мной вспыхнул – в небо взметнулся сноп ярких искр. Смотрящий быстро глянул в него и протянул мне широкую кисть.

– Время истекает. Ты согласна?

Я глубоко вздохнула, по привычке выдыхая на четыре счета. У меня никогда не будет детей. Я просто не заведу их. Не забеременею. Это не так сложно.

Подойдя ближе, я увидела, что на протянутой ладони нет ни единой линии.

– Ну что, Зимняя Дева? Договор? – без выражения спросил Смотрящий.

– Договор.

Костер вспыхнул снова и погас. Стоило мне моргнуть, Смотрящего уже не было, а на месте, где только что гудело пламя, стоял, отряхивая пышные манжеты белой рубашки…

– Лестер! – Я зажала рот ладонью.

В наступившей темноте его белоснежные волосы походили на белесое облачко.

– Ты в своем уме, Вера? – едко выдал Лестер, выпрямившись, но тут же чуть не задохнулся – я сжала его в объятьях. – Что ты творишь! Ты хоть знаешь, с кем сейчас говорила?.. Будь добра, руки. Что за манеры? Да выпусти меня, в конце концов, ты что, опять голос потеряла?!

Но я не отпускала его. Слез не было – вместе с половиной души я отдала и способность плакать. Грудную клетку переполняло что-то отдаленно напоминавшее тепло – кажется, так раньше ощущалась благодарность.

– Ничего не меняется, ты смотри, – недовольно пробормотал Лестер, но на спину мне успокаивающе легла невесомая ладонь. – Так же дергаешь людей туда-сюда, наплевав на законы природы. Что ты на этот раз придумала?

Часть 1. ПотеряГлава 1

Вера

«Молю, забери меня! Забери! Сил моих больше нет!»

Я вздохнула, вертя в пальцах ручку. Писать все равно не получалось, а слова преподавательницы терялись из-за навязчивого голоса в голове. К концу зимы вызовов, как я их про себя называла, заметно прибавилось. Фон из сильных и требовательных и совсем слабых голосов сопровождал меня даже во сне. Люди звали смерть так рьяно и искренне, словно она была их доброй подругой.