Когда мы остановились, я пообещала себе, что на этот раз не выпущу из виду сына, не отдам его никому, вырву из лап уродов и работорговцев!

Я найду способ связаться, если не с Юрой, то с тетей, с которой поругалась.

Я сделаю все, чтобы вернуть Никите и другим детям, детство.

Я поклялась и не сверну с пути!

****

Вот только, говорить легко, а вот выполнить обещание сложнее, особенно когда кричишь, что есть мочи и видишь, как твоего мальчика как мешок с картошкой грузят в кузов черной, тонированной машины, а тебя саму пихают в багажник другой.

Я ведь так и не сказала ему, что я его мама.

Я просто струсила, боялась увидеть в глазах обиду. Теряя сознание я видела, как он кричал, пока его подружку Алену и еще нескольких девочек сажали в третью машину и смотрел на меня с просьбой помочь.

Я помогу мой мальчик, держись.

Только держись.

****

Выскочила из туманного наполненного болью сна, резко и непонимающе оглянулась.

Почти задохнулась, когда поняла, что это за место, чей это дом. Боже только не снова эта тюрьма.

– Привет, любимая, – слышу приветствие произнесенное на чистейшем английском.

Глава 61.

В углу сидел со смартфоном Дэвид и лишь мельком на меня взглянув, произнес на чистом английском:

– Тебя мыли два раза, а все равно воняешь, как помойная яма.

Я быстро себя осмотрела и увидела, что помимо обнаженности я полностью чистая. Хотя, надо признать справедливость его замечания. Я воняю.

Но не так, как сам Дэвид и его поступок.

– Как я здесь оказалась? – начала я с главного, удивляясь, как мне легко удается произносить английские слова, после целого года пребывания в России.

– Ты вернулась домой из этой варварской страны.

– А то, как я вернулась, тебя не слишком волновало?

– Этого нам не сообщили

«Конечно, нам с Джулией», – думала я, пока он фальшиво давил улыбку и убирал телефон в карман.

– Главное ты здесь. – Он вдруг встал во весь свой рост, расправил плечи в модном клетчатом пиджаке на заказ и раскрыл объятия. – Ну, здравствуй, любимая. Я очень рад тебя видеть.

Мне захотелось рассмеяться от того, как театральный режиссер не может сыграть простейшего любящего мужа. И даже высокопарность не помогла.

Хотелось ему врезать, теперь я понимаю, что желание навредить Самсону и наполовину не было таким же сильным.

Я отвернулась от этого красивого лжеца и быстро осмотрела знакомое, дорогое, стильное убранство. Парчовая кровать со столбиками, где я не испытала ни одного оргазма. Туалетный столик, заставленный драгоценностями, картина, подаренная мне на первую годовщину свадьбы. Мой собственный портрет с полуобнаженной грудью.

И там дальше шкаф с одеждой. Я прошла к нему и выискала обычные джинсы и пуловер.

– Ты куда собралась? – напряженно спросил за моей спиной Дэвид.

– Ты тоже собирайся, – сразу потребовала я. – Мы едем искать моего сына.

Молчание было мне ответом, и я, уже одетая, повернулась и зло спросила:

– Ты глухой?!

Его нерасторопность дичайше бесила!

– Каким сыном? Ты опять с ума сходишь? Он же в России. Ты же бросила меня, чтобы быть со своим ублюдком.

Я никогда не передвигалась так быстро. Моя рука словно стала жить своей жизнью и настигла карой-оплеухой щеку Дэвида.

– Никогда! Никогда! Не говори так о моем ребенке!

– Больная, психованная! Мне же больно! – орал он пока держался за место удара. И во мне плескалось злорадное удовольствие от красного пятна на его гладко выбритой щеке.

– Как твой сын мог оказаться здесь, сама-то подумай.

– С теми детьми, на которых ты даже не обратил внимание. Ты хоть знаешь…

– В мире полно дерьма, – перебил он. – Я вряд ли смогу очистить его в одиночку.

– Но это не мешает тебе в этом дерьме мазаться и трахать шлюх по притонам. Им хоть есть восемнадцать?

Я очень сомневалась.

– Если бы ты не была фригидной сукой, я бы не искал утешения на стороне.

Утешения. Да… Не говорить же ему, что вся моя фригидность рассыпалась в прах, когда в моей жизни вновь появился Юра.

Надо ему позвонить. Он наверняка уже и сам на пути в Европу. Я верила в это.

***

Глава 62.

– Мне нужен телефон, – потребовала я, не желая вступать в перепалку насчет постоянных измен и того, что за мной всегда был неусыпный контроль.

– Твоего сына не может быть здесь, – снова начал туже песню Дэвид и я вновь же ощутила ослепляющую фотовспышкой взрыв гнева. Она сжигала меня как пламя, в котором столько лет пребыла моя душа и свобода. Я так хотела свободы.

– Я ехала с ним в этой фуре с дерьмом! – заорала я ему в лицо. – Я видела его и разговаривала с ним.

– Ты бредишь! Точно! У тебя просто на фоне стресса бред. Джулия! Джулия у нее снова начался приступ!

Я не стала слушать этого придурка и просто прошла к своему тайнику, чтобы взять заначку денег и карты.