И удаляется вслед за своим вожатым, радуясь, что можно уйти от истории с воришкой.

Ева тоже уходит, опустив голову, сунув руки в карманы. Она проходит мимо девочки, не глядя в ее сторону…

На крыльце дворца Правителя

Пьер со стариком проходят мимо дворца. Два великана-стража, застыв в грозной позе, охраняют внушительных размеров дверь.

Пьер резко останавливается. Старик, едва поспевающий за ним, также останавливается, но с намерением продолжать путь.

Пьер взглядом измеряет дверь и с явной радостью говорит:

– Это тут.

– Как вы сказали?

– Уже много лет мне хочется увидеть его вблизи.

– Правителя? – удивляется старик. – Вы хотите увидеть Правителя? Любопытно… Жалкий узурпатор, поступки которого лишены какого-либо размаха.

– А мне он интересен, – весело отвечает Пьер.

– В таком случае, мой дорогой, не отказывайте себе в удовольствии, – вежливым жестом указывает на дверь старик.

Пьер без колебаний преодолевает ступени крыльца и на мгновение задерживается возле стражников.

– Если бы ты только знал, кого пропускаешь сейчас, если бы знал… – бросает он в лицо одному из них.

Галерея дворца и покои Правителя

Пьер со стариком вступают в просторную галерею, им то и дело попадаются мертвецы в нарядах тех времен, в которые им довелось жить… Встречается и первый камердинер – они пропускают его, расступившись.

Видно, что Пьеру страшно интересно все, что он видит. Старик же скользит по сторонам пресыщенным взором.

Массивная угловая дверь также охраняется двумя вооруженными стражами.

К ней подходит старший слуга с парой великолепных черных сапог в руках.

Один из стражников привычным жестом распахивает перед слугой дверь, и тот величаво входит в покои.

Пьер, находящийся совсем рядом, дергает старика за рукав и тянет за собой:

– Пошли!

Они буквально влетают в покои вслед за слугой, и дверь за ними тут же захлопывается.

Мгновение они стоят неподвижно. Затем медленно проходят дальше.

Они оказываются в огромных размеров величественном зале, в глубине которого возвышается ложе под балдахином. Массивный дубовый стол, большие старинные кресла, бархатные портьеры, парчовые гардины, ковры.

Правитель сидит на краю постели. Он в одной рубашке, в галифе и носках. На лице наусник. Он курит дорогую сигарету.

Это полный и крепкий мужчина с физиономией бессердечного фата, явно способной произвести впечатление.

Слуга почтительно прислуживает ему, помогая натянуть сапоги.

С десяток мертвых, в числе которых одна женщина, находятся здесь же; одни развалились в креслах или на ложе, кое-кто устроился прямо на полу, другие стоят, подпирая стены или предметы обстановки.

Среди них жандармский генерал, одетый в форму, похожую на форму Правителя; средневековый великан; военный не самого высокого чина; весьма пожилой седоусый мужчина, опирающийся на тросточку; офицер из XIX века в доломане с брандебурами и в лосинах; три пожилых человека в сюртуках, обшитых галуном, и в брюках в полосочку; и наконец, женщина лет тридцати, не больше, в элегантном охотничьем костюме.

Все взгляды устремлены на Правителя, в иных читается ирония, в других угроза.

Пьера явно забавляет все, что он видит.

– Ну, что ж, я не один, – мотнув головой, весело говорит он.

Эти слова привлекают к нему внимание мертвых, которые лениво поворачивают головы в сторону вновь прибывших.

– У этого узурпатора всегда посетители, – объясняет компаньон Пьера.

– Друзья?

Мертвые, пожимая плечами, презрительно отворачиваются.

– Бывшие друзья, – спешит поправить его спутник.

Правитель между тем уже натянул сапоги и направляется к высокому зеркалу, в котором видит себя во весь рост.

А поскольку Пьер стоит тут же, возле зеркала, тот оказывается рядом с Пьером, который начинает кружить вокруг него, изучая, словно какую-нибудь букашку. Неподалеку от них опирается на комод военный невысокого чина: скрестив руки на груди и нахмурив брови, он не сводит глаз с бывшего «начальника».

Правитель окидывает снисходительным взглядом свое изображение в зеркале и принимается отрабатывать приветствия и красивые позы. Своими театральными жестами, смешными и нелепыми, он напоминает оратора, выступающего перед аудиторией.

Невозмутимый камердинер в нескольких шагах от него держит в руках мундир.

Правитель подзывает его, и тот, приблизившись, подает ему мундир.

– Ну, как? – тряхнув головой и повернувшись к военному, весело говорит Пьер.

Тот кивает, не сводя с Правителя глаз.

– Красавчик твой начальник, ничего не скажешь, – иронично замечает Пьер.

– Что верно, то верно, – отзывается военный. – Знай я это раньше, ни за что бы не поддался на обман.

Правитель облачается в мундир, затем снимает его.

– Как ты думаешь, может, и без мундира сойдет? – спрашивает он у камердинера.