Следующие тренировки на Полосе препятствий прошли не более успешно, чем первая. Но мы, по крайней мере, больше не потеряли ни одного из членов отряда. И еще Тайнан перестал трепаться по моему поводу – конечно, потому что сам никак не мог справиться с маршрутом.

Он все время падал с шаров. А я – выпадала из «дымохода».

К девятому – предпоследнему – занятию я была уже готова просто поджечь всю Полосу. Участок маршрута, на котором меня постигала неудача, был призван заставить нас проявить силу и ловкость, необходимые для того, чтобы взобраться на дракона. И вот тут стало кристально ясно, что мои гребаные габариты меня подведут.

– Может, ты заберешься мне на плечи, а потом… – Рианнон качала головой, когда мы в который раз изучали расщелину, ставшую моим заклятым врагом.

– Я все равно застряну на полпути вверх, – ответила я, вытирая пот со лба.

– Это не имеет значения. Нельзя прикасаться к другим кадетам на маршруте, – Сойер подошел к нам и встал рядом, сложив руки на груди.

Кончик его носа теперь был ярко-красным, обгоревшим на солнце.

– Ты здесь, чтобы разрушать надежды и мечты, или у тебя есть предложение? – парировала Рианнон. – Презентация уже завтра, так что, если у тебя есть какие-то светлые идеи, сейчас самое время нас ими одарить.

Если я собиралась бежать в квадрант писцов, то нужно делать это сегодня ночью.

Последняя возможность.

Мое сердце сжалось от этой мысли. Это был логичный выбор. Безопасный выбор. Только две мысли останавливали меня.

Во-первых, нет никакой гарантии, что моя мать не узнает. То, что Маркем будет молчать, не означает, что так же поступят тамошние инструкторы.

Но самое главное, если я уйду, если я спрячусь… то никогда не узнаю, достаточно ли хороша, чтобы выжить здесь. И пусть я могу не выжить, если останусь, все же не уверена, что смогу жить в мире с собой, если сбегу.

* * *

– Глория Меррилл, – зачитывал капитан Фитцгиббонс с помоста.

Каждая черта его лица была видна очень ясно. И не только потому, что слепящее солнце пряталось за тенью облаков, но и потому, что я теперь стояла ближе. Наш строй становился теснее с каждым упавшим курсантом.

Если верить Бреннану и статистике, сегодняшний день собирался стать одним из самых смертоносных для первогодков.

Это День Презентации, и чтобы попасть на летное поле, нам придется сначала взобраться вверх по Полосе. Всё в квадранте всадников направлено на отсев слабых, и сегодняшний день – не исключение.

– Камрин Дайр, – капитан Фитцгиббонс продолжал зачитывать имена со свитка.

Я чуть заметно дрогнула. Его место было напротив моего на занятиях по определению драконов.

– Арвел Пелипа.

Имоджен и Квинн, стоявшие передо мной, – обе второкурсницы – со свистом втянули воздух. Не только первогодки подвергались риску; мы просто погибали чуть чаще.

– Мишель Иверем, – капитан Фитцгиббонс опустил свиток. – Мы отдаем их души Малеку.

И после этих слов наш строй сломался.

– Второй и третий курсы, если вы не дежурите сегодня на Полосе, отправляйтесь в учебный корпус. Первокурсники, пришло время показать нам, на что вы способны.

Даин натянуто улыбнулся и шагнул мимо меня, показательно глядя на других членов отряда.

– Удачи сегодня. – Имоджен заправила за ухо выбившуюся прядь розовых волос и одарила меня тошнотворно-сладкой улыбкой. – Надеюсь, ты не упадешь… слишком низко.

– Увидимся позже, – ответила я, поднимая подбородок.

Несколько секунд она с отвращением сверлила меня взглядом, а потом ушла прочь вместе с Квинн и Сианной. Светлые локоны заместительницы Даина подпрыгивали на плечах.

– Желаю удачи. – Хитон – самый толстый третьекурсник в нашем отряде, с рвано подстриженными и покрашенными в цвет пламени волосами, – прикоснулся к сердцу, сложив ладони над двумя нагрудными нашивками, и подарил нам искреннюю, но не слишком жизнерадостную улыбку. И тоже ушел.

Провожая взглядом его удалявшуюся спину, я задалась вопросом, что означает круглая нашивка на правой руке – с водой и парящими сферами. Я знала, что треугольная нашивка слева от этой, с длинным мечом, означала, что с ним не сто́ит связываться на ковре. С тех пор как Даин рассказал мне о нашивке, обозначающей его сверхсекретные способности, я стала обращать пристальное внимание на изображения, которые другие курсанты пришивали к своей форме. Большинство носили их как почетные знаки, но теперь я видела в них то, чем они на самом деле являлись, – сведения, разведданные, которые однажды могли понадобиться мне для победы над противниками.

– Я не знал, что Хитон умеет говорить. – Между бровями Ридока пролегли две морщинки.

– Может быть, он решил, что стоит хотя бы поздороваться, прежде чем нас потенциально поджарят сегодня, – сказала Рианнон.

– Стройтесь, – приказал Даин.

– Ты идешь с нами? – спросила я.

Он кивнул, по-прежнему не глядя на меня.

Мы встали в две линии по четверо, как и другие отряды вокруг.