Я махнула рукой примерно в ту сторону от куда пришла, так как дом мужчины был крайним, то вышло, что я показывала в травяной холм. Не знаю, дало ли ему это какую-то подсказку, но он молчал, смотря туда. Я так и продолжала стоять на пороге, неловко потопталась на месте, сделала шаг назад. Слишком близко стоять к этому мужчине мне было не приятно. Я прекрасно понимаю, что оторвала его от работы, и он возможно кузнец или стеклодув и не всегда он потный, раскрасневшийся и не в самом подобающем мужчине виде, слава богу из-под передника были видны штаны, и я сама сейчас выгляжу не лучшим образом, но стоять от него хотелось на почтительном расстоянии. Я сделала еще шажок назад, да и из дверного проема так меньше чувствуется жар, льнущие к лицу волосы совсем не приятны.

Может еще шаг назад? Не хочется показаться этому мужчине не вежливой или что бы он подумал, что я вру или хочу сбежать. Где я еще буду искать людей, которые хотя бы в теории могут помочь мне? Все-таки я не решилась отступать назад, просто переступила с ноги на ногу и голой пяткой наступила на что-то острое. Ойкнула, отдернула ногу и не удержав равновесие плюхнулась на землю. Больно, но это вывело мужчину из раздумий.

- Зайди-ка пока в дом – он протянул мне руку помогая подняться с земли – Не хорошо гостей на пороге держать. Я Тан, твоего имени уж не буду спрашивать, раз говоришь, что не помнишь ни чего.

Я благодарно кивнула и зашла в дом. Все-таки он оказался стеклодувом. В дальнем углу комнаты горел большой очаг с мехами для раздувания огня, несколько больших деревянных кадушек с водой, ящики со стеклянными заготовками, различные инструменты, разложенные на столах. Он усадил меня на скамью у самой двери, где, как я поняла, располагалась кухонная зона. Поставил передо мной кувшин с той самой водой и тарелку с порезанным хлебом.

- В той стороне, от куда ты пришла, деревня была. – Тан решил поделиться со мной своими мыслями, – Не так давно пожар был, говорили, что живых не осталось. Может быть ты оттуда?

Увидев хлеб, я поняла, что жутко голодная и сразу же принялась жевать его – такой пряный, с хрустящей корочкой, поэтому на вопрос мужчины я лишь пожала плечами.

- Ты вполне похожа на человека, несколько дней ходившего по лесу. И по твоему аппетиту – он задорно хмыкнул, – Явно что ела ты давно.

Я только покивала головой, запивая напитком хлеб. Ох, как и не культурно я себя веду. Но так голодно, аппетит зверский. Если я правда несколько дней бродила без памяти по лесу, удивительно, что про еду я вспомнила лишь ее увидев. Я сейчас и поросенка целиком съела бы, а не просто пару булочек.

- Ты ешь пока. А я приведу старосту нашего. Он вроде как с вашими общался, может он тебя помнит.

Не успела я удивиться, что мужчина не побоялся оставить меня одну в доме, как услышала звук поворачивающегося в замке ключа. Значит запер он меня тут, что бы не украла ни чего и не сбежала. Да я и не собираюсь, куда еще идти. Правда жара в помещение, словно в жерле вулкана нахожусь, и окна не открыть - заколочены.

В запотевшее окно, я видела, как Тан прошел мимо дома и пошел в глубь поселения. Вздохнула и вернулась за стол, доедать остатки моего пира.

Первая волна страха и паники отступила, хоть я и не знаю, что мне делать дальше. Я надеюсь, что Тан и староста, за которым он пошел, как-то помогут мне вспомнить мое прошлое. Или хотя бы помочь устроиться в новой жизни. Я же не могу остаться жить на улице или у стеклодува, и вообще сомневаюсь, что он даже на ночь мне разрешит остаться. И мне самой не очень хотелось бы спать в этом жарком, душном помещении.

Пока никого не было, я в очередной раз заглянула в своей мешок, повнимательнее рассмотреть камушки. Интересно они ценные? Я вытащила самый большой, черный кристалл и покрутила его в руке. Было видно, что одна из его вершин отколота, но в сумке этого осколка не было. Я чувствовала приятное тепло, разливающиеся от руки по телу, когда держала его. Мне даже казалось, что чернота, внутри него, кружится и пульсирует. На свет он был совершенно не прозрачный.

Вздохнула и убрала все в сумку. Нет, даже если они ценные и дорогие, продавать и показывать их я никому не стану. Это моя единственная связь с моим прошлым, и я просто не могу их лишиться. Нужно самой разузнать информацию или найти того, кому смогу довериться.

Ждала я долго. Успела доесть не хитрую еду, рассмотреть все стеклянные заготовки, потрогать стеклянный абажур, состоящий из множества прозрачных листочков разного размера и мелких цветочков. Похоже именно над ним сейчас и работал мастер.

Через какое-то время я услышала шум с улицы и, выглянув в окно, увидела Тана в сопровождении мужчины. Он был не высокого роста, сухой и поджарый, лицо его было гладко выбрито и исчерчено морщинами. Голову покрывала синяя тюбетейка, из-под которой торчали клочковатые волосы, в которых седина перемешивалась с грязно-серым цветом. И такие же густые, не аккуратные брови. Одет он был в выцветшее синее одеяние с высокими разрезами по бокам, в которых были видны худые ноги, с узловатыми коленями, плотно обтянутые тонкой тканью серых штанин.

Я поспешила отойти от окна и уже через минуту дверь открылась и мужчины вошли в дом.

- Вот та самая девушка, про которую я вам рассказывал кан[1] Доран.