твоей внешностью и достатком любая будет твоя.

- Спасибо. я хорошо все обдумал, не пойду к вам работать. И другие женщины мне уже не нужны.

- ОЙ, и дурак. Поверь, это твоя ошибка, - слышу, как что-то наливается в стакан.

- Свою самую большую ошибку я уже сделал. И она не касается работы.

- Аленка? - Скворцов выпивает, резко выдыхает.

- Да. Мы начали общаться, но туго. Она не верит мне.

- Алекс, ну обосрался ты по всем фронтам. Когда ей плохо было - ты где-то шлялся, когда отца

оперировали, ты тоже фиг его знает где пропадал. Как ей тебе доверять? А главное, зачем? Она со

всеми трудностями научилась справляться сама. Подумай.

Никогда не думал, что Скворцов может дать дельный совет, для меня он всегда был богатым

выпивохой. А оказывается, это я слепой и безмозглый. Приезжаю домой, огромная квартира. И

хоть волком вой. Собираю Аленины вещи, аккуратно складываю. Нужно отвести их ей, может, еще

пригодятся.

Телефон “Тесть”

Пап, что-то случилось? - какое-то странное предчувствие.

- Меня тут немного прихватило. Мне б в больничку, а скорая забрала в районную, а тут и

кардиолога нет. Аленке не говори, а то сорвется на нервах, дорога вон какая скользкая.

- Мы Щас приедем, - пока тесть диктует адрес, я бегом собираюсь, нужно заехать в кофейню. Мчу, штрафы считать буду потом.

Аленка на смене. Такая же прекрасная, какой я увидел ее в первый день.

- Ален, папа в больнице. Приступ купировали, но лучше перевести его к нам.

Она бледнее, слезы на глазах.

- Поехали, скорее. Ставь кофейню на сигнализацию. Платную скорую я уже вызвал, она уже в

дороге.

Аленка превращается в кленовый листок, руки трясутся, на лице растерянность.

- Пойдем, милая, - хватаю ее куртку и ключи от кофейни. - Скажем, закрыто по технические

неполадки, воды нет.

Едем быстро, как только можем. Хорошо, что за городом едем дорогой по полям, нет светофоров

и пешеходов.

Стараюсь говорить на дурацкие темы, чтобы хоть как-то ее отвлечь.

- Алекс, а если он умрет? - глядя в окно, говорит Аленка.

- Не умрет, милая, - беру ее за руку, не сопротивляется.

“Тесть” снова на дисплее. Женский голос.

- Алекс, здравствуйте. Это Наталья, соседка Николая Федоровича. Ваша скорая приехала, его

сейчас в город повезут. Кому-то надо с ним поехать. А кроме меня больше некому.

- Мы уже рядом, поезжайте обязательно, мы будем вас сопровождать, - выдыхаю. -Папу уже в

реанимобиле, едут обратно, тут их подождем. С ним Наталья. Везем в платный кардиоцентр. Все

будет хорошо. Слышишь! Я тебе обещаю.

Аленка тихо плачет. Паркуюсь на обочине. Сколько же этой хрупкой девочке пришлось вынести на

своих плечах.

Слышно сирену, странно, что ее и в пустом месте включают. Проносится скорая, еду за ними.

Через сорок минут мы на месте.

Николая Федоровича в реанимацию, готовят к операции.

- Алена, он справится, - Наталья бледнее мела к нам подходит.

- У него нет выбора.

Алене кто-то звонит.

- А вы знаете, что операция стоит почти два миллиона? - почти на ухо, говорит Наталья. - А еще

один день у них тридцать тысяч.

- Да, все оплачено. Алене ни слова.

Наталья, закрывает рот рукой, плачет, свободной рукой меня крестит. Неужели и я могу сделать

для кого-то добрый поступок.

Почти четыре часа сидим под операционной. Наталья читает молитвослов, Алена смотрит в одну

точку.

"Пап Коль, ты никак не можешь умереть. Мы без тебя тут не справимся. Я без тебя не справлюсь, ты нужен Алене, и Наталье".

Выходит хирург.

Как вовремя вы его привезли. Теперь жить будет!

Глава 63. Мой Александрин

Эту неделю я работаю без сменщиков. У ребят сессия, а я почти прописалась в кладовке.

Включаю кофемашины, разогреваю песок, натираю чашки. Как же я люблю свою работу.

На часах семь-ноль-девять. Заходит первый посетитель.

- Доброе утро, - поднимаю глаза Алекс.