запихнули. Отец достает из-за печи что-то похожее на валенки. Повязываю шаль, хорошо, что

зеркала рядом нет. Но тут главное тепло.

Алекс выглядит еще лучше. У нее старый охотничий костюм, тоже папе кто-то подарил. Дутые

сапоги. И ушанка. Выглядим, как бомжи, или как дети, которые идут колядовать.

Выходим на улицу. Холодно. Тихо. Нет гула машин, не мигают вывески магазинов.

Интернет не ловит.

- А ты знаешь где пруд? В какой стороне? - Алекс стоит посередине того, что должно быть

дорогой?

- Ну днем - да. От нашей калитки повернуть направо, топать до какого-то куста и потом еще раз

направо, - уверенно иду, думаю, я не могу ошибиться дорогой.

Алекс идет за мной, кажется, не очень уверен в правильности дороги. Идем молча.

Останавливаюсь, поднимаю голову и смотрю на звезды.

- Красиво!

- В городе давно такого чистого неба не видел. Как ты?

- Прекрасно, варежки только нужно было взять, - от сырости и ветра руки зябнут. Засовываю их в

карманы, видимо, из-за того, что бушлат мне сильно большой, не греет.

- Давай сюда, - Алекс подходит ко мне, берет меня за руки и, теплым дыханием пробует согреть. -

Так теплее?

- Да, спасибо, - убираю руки обратно, засовываю кисти в противоположные рукава, получается

такая странная муфта.

- Знаешь, я только после развода понял, кого я потерял, - говорит спокойно, нет этой привычной

напыщенности.

- ОЙ, не начинай.

- Мы идем не туда, может, пойдем на начальную точку и начнем свой путь заново?

- Да мы еще толком от дома не отошли, вон видишь огоньки.

- Я не про дорогу, а нас.

- Нет никаких нас. Есть ты. И есть я. Все.

- Я не настаиваю. Хочу, чтобы ты знала, что я правда раскаиваюсь.

- Давай не будем об этом. Я перешагнула тот период и далеко, очень далеко ушла. Даже

оборачиваться не хочу, - иду вперед. Понимаю, что сбилась с дороги. Топаю по жухлой, еще не

покрытой снегом траве, под ногами ощущаю все неровности. Хочу разуться и идти босиком, но

холодно. А единения с природой не хватает. Может, тоже в деревню переехать? Захара и Андрея

сделать администраторами, управляющими кофейни. Приезжать к ним раз в месяц, делать

огромную закупку продуктов, завести курочек. А чем не жизнь? Нет, я завою на третий день. А вот

к папе приезжать на все готовое, очень даже.

Еще день я живу у отца. Забавно, но все время рядом со мной находится Алекс. И я воспринимаю

это нормально. У меня нет к нему злости или обиды. Наблюдаю, как она работают с папой, отличная строительная бригада. Жаль, что в нашей прошлой жизни все вышло иначе.

Всю дорогу домой думаю о том, что произошло за последние полгода. Сколько всего сломалось и

можно ли это починить? Мама осталась одна по своей дури. Как можно было променять отца на…

-А не на кого. С Павлом Борисовичем она рассталась, после того, как узнала о его увлечением

Машкой. Слышала, что он даже мириться приходил, но мама отказалась от такой “дружбы”. А

Вера Александровна делает вид, что у нее жизнь, а рай. Не представляю, как она живет. Старость

проводить в одиночестве страшно, но и вот так жить, знать, что муж постоянно ходит “по делам" к

другим барышням.

Глава 62. Алекс

Все выходные провел в деревне. Николай Федорович сразу сказал, что он готов со мной общаться, руку пожал, но и предупредил, что влияния на Алену не имеет. И никак участвовать в примирении

не будет.

Я же всегда думал, что Аленка никуда не денется от меня. А оказалась, что очень даже денется.

Она пошла до конца. А я? А я остался один, как жалкий подзаборный котенок.

Смотрю на себя в зеркало и вижу придурка, который смог профукать самое главное.

- любовь и доверие любимой женщины.

"Скворцов" на дисплее телефона.

- Александр Семенович, добрый вече.

- Мы тут твою кандидатуру утверждаем. Решили, что ты подходишь на мое место. Надо срочно в

офис, приезжай с документами. А то, что ты развелся- ничего страшного, тут девок много, а с