Она посмотрела на меня, с упреком покачала головой.

— Вы не уверены, — сказала она. — А я верю. Я знаю Ральфа лучше, чем вы.

— Конечно, он этого не делал, — не выдержала Каролина, которой с огромным трудом удавалось до сих пор молчать, — Ральф может быть сумасбродным, но он очень мил. И манеры у него прекрасные.

Я хотел сказать Каролине, что немало убийц обладали прекрасными манерами, но присутствие Флоры удержало меня. Поскольку девушка настаивала, я вынужден был согласиться. И прежде, чем моя сестра смогла выпалить в нас новый заряд своих суждений, начинающихся с ее любимого слова «конечно», мы вышли.

Дверь нам открыла старая женщина в огромном бретонском чепце. Похоже было, что месье Пуаро был дома. Нас проводили в небольшую гостиную, обставленную со скрупулезной педантичностью, куда через минуту к нам вышел мой вчерашний друг.

— Месье доктор, — произнес он, улыбаясь. — Мадемуазель.

Он поклонился Флоре.

— Может быть, вы слышали о несчастье, которое произошло этой ночью?

Его лицо помрачнело.

— Да, действительно. Я слышал. Это ужасно! Я выражаю мадемуазель свои искренние соболезнования. Чем могу служить вам?

— Мисс Экройд, — сказал я, — хочет, чтобы вы…

— Нашли убийцу, — закончила Флора твердым голосом.

— Понимаю, — ответил маленький человечек. — Но это сделает полиция, не так ли?

— Они могут допустить ошибку, — сказала Флора. — Я думаю, они уже сейчас на пути к ошибке. — Помогите нам, пожалуйста, месье Пуаро. Если… если это вопрос денег…

Пуаро поднял руку.

— Не это, умоляю вас, мадемуазель! Не о деньгах я забочусь..

В его глазах мелькнул огонек.

— Деньги! Они многое для меня значат и всегда значили. Нет, если я возьмусь за это дело, вы должны ясно понять одну вещь. Я дойду до конца. Запомните: хорошая собака никогда не бросает след. Может случиться и так, что в конце концов вы захотите, чтобы этим делом занималась полиция.

— Мне нужна правда, — сказала Флора, глядя ему прямо в глаза.

— Вся правда?

— Вся.

— Тогда я согласен, — спокойно ответствовал маленький человечек. — И надеюсь, вы не будете сожалеть. А теперь расскажите мне о всех обстоятельствах дела.

— Пусть лучше расскажет доктор Шеппард, — сказала Флора. — Он знает больше, чем я.

И я приступил к подробному пересказу всех фактов, о которых я здесь уже написал. Пуаро внимательно слушал, время от времени вставляя вопросы, но большей частью он сидел молча, уставив взгляд в потолок.

Я рассказал все до того момента, когда прошлой ночью в Фернли Парк мы расстались с инспектором.

— А теперь, — сказала Флора, едва я закончил, — расскажите ему все о Ральфе!

Я заколебался, но ее повелительный взгляд заставил меня продолжить рассказ.

— Вы заходили в эту гостиницу, в эти «Три вепря», прошлой ночью по пути домой? — спросил Пуаро, когда я довел свой рассказ до конца. — А теперь точнее: почему вы это сделали?

Я немного помедлил, тщательно подбирая слова.

— Я полагал, что кто-то должен был сообщить молодому человеку о смерти его дяди. После того, как я ушел из Фернли, в голову мне пришла мысль, что возможно, лишь мистеру Экройду и мне было известно о его пребывании в деревне.

Пуаро кивнул.

— Совершенно верно. Это был ваш единственный мотив, чтобы пойти туда?

— Это был мой единственный мотив, — ответил яхолодно.

— Не было ли это сделано, скажем, для того, чтобы убедиться, что ce jeune homme?[1].

— Убедиться?

— Я полагаю, месье доктор, вы очень хорошо понимаете, что именно я имею в виду, хотя и делаете вид, что не понимаете. Я думаю, вы чувствовали бы себя уверенней, если бы узнали, что капитан Пэтон весь вечер оставался дома.

— Вовсе нет! — сказал я резко.

Маленький детектив грустно покачал головой.

— У вас нет той веры в меня, какая есть у мисс Флоры, — сказал он. — Но неважно! На что мы должны обратить сейчас внимание, так это на то, что капитан Пэтон отсутствует в связи с обстоятельствами, требующими объяснений. Не скрою — это выглядит весьма скверно. И тем не менее, все может объясниться совершенно просто.

— Это как раз то, о чем я все время говорю! — с восхищением воскликнула Флора.

Пуаро больше не касался этого вопроса.

Он решил немедленно ехать в местную полицию. Посоветовав Флоре вернуться домой, он попросил меня проводить его в участок и познакомить с офицером, которому поручено дело.

Этот план был выполнен нами незамедлительно. Инспектора Дэвиса мы нашли во дворе полицейского участка. Вид у него был угрюмый. С ним был полковник Мэлроуз, начальник полиции графства, и еще один человек, в котором, по описанию Флоры («настороженный»), я без труда узнал инспектора Рэглана из Кран-честера.