— Только я, говоришь? — задает вопрос с нажимом, а я жар чувствую, который от него ко мне идет.

— К моему сожалению, муж мой. Я других мужчина не знала.

Ладонь мне на щеку опускает, скользит по скуле, а я выдыхаю с горечью и болью, которая все еще в душе моей живет:

— Только ты...

— Если ты мне сейчас лжешь.. - Его ладонь спускается к моей шее, берет в мягкий захват, а я в его глаза янтарные гляжу и впервые вижу там его боль и его отчаяние.

— Что ты мне сделаешь?! - спрашиваю и улыбаюсь сквозь слезы. - Опять с Константиновской замутишь, и мой проект украдете?

— Что сделаю? — приподнимает брови и выглядит так, будто я ему только что со всего маху в лицо зарядила.

— То, что слышал, Игнат!

Выпрямляется. Смотрит на меня не мигая.

— Не делай вид, будто удивлен! Вы мой проект в тот день в отеле представили! Мой, Игнат! Это я его создавала, я его рисовала, а ты со своей любовницей украл у меня все! Почему?! Почему ты так поступил?! Что я тебе такого сделала, или воровать у тебя с ней в порядке вещей?!

- Погоди. - выдает с нажимом, пальцы в кулаки сжимает, а я сворачиваюсь калачиком. Так больно становится.

Когда предают - это всегда больно. Мучительно просто. Невыносимо.

— Вы с этой тварью не просто мой проект украли — вы жизнь у меня украли, Игнат. Мою жизнь. И

я сделала то единственное, что могла... Я убежала. От той боли, которую ты на меня обрушил, от горечи предательства, которое ты заставил меня испить до дна… все случилось в тот день, когда ты разбил мои мечты, отдав созданное мной другой...

После моих слов повисает молчание. Гнетущая пауза. Даже кажется, что Игнат исчезает каким-то волшебным образом и я остаюсь совершенно одна в спальне. Наедине со своей болью, с раной, которая не заживает.

Только спустя, возможно, несколько минут, я ощущаю прикосновение к плечу. Игнат разворачивает меня на кровати и глядит в мое лицо, зареванное, наверное, опухшее от слез.

Он бледный сейчас. Такой бледный, что даже страшно становится, и под глазами какие-то тени.

или у меня уже воображение шалит?

— Повтори. Что ты сейчас сказала? Почему убежала?!

Мужчина говорит тихо. Кажется, что каждое слово дается ему с трудом.

— Что сказать? Почему я убежала? Да потому что в тот день прежняя Юля перестала существовать, ты убил ее, воткнув нож в сердце, которое любило тебя, Игнат. А ты, глядя мне в глаза, провернул рукоять.. Я умерла тогда… Не стало меня. Обернулась прахом, и ветер развеял его, но появилась новая девушка Юля, с новым паспортом. Другой человек. Но сердце у меня все то же..и забыть такого я тоже не могу.

Качает головой, будто действительно удар получил. Встряхивается, а я впервые за долгое время открываю ящик Пандоры, который я спрятала глубоко-глубоко в себе.

— Что... Я… Сделал?! - спрашивает, и глаза у него становятся узкими из-за прищура, и мне вдруг кажется, что Игнат сейчас далек от адекватности. - Ты… Меня… В… Воровстве… Обвиняешь?! —

произносит с расстановкой каждое слово, будто пощечину наносит, и я смеяться начинаю.

Но затихаю также быстро. Истерика спадает. Остается только сухой и обвиняющий тон.

— Да. Господин. Миллиардер! Потому что тот экологический проект, который ты выставил на всеобщее обозрение и на котором висела золотыми буквами фамилия твоей любовницы

Константиновской — он мой! Я его рисовала! Каждую черточку, каждый штрих —все мое!

- Проект твой? - переспрашивает. - Я заготовки видел. альбом. Марианны. -повторяет и взгляд скашивает в сторону. Словно ищет что-то.. не отслеживаю, вскакиваю с кровати и наступаю.

— Марианны?!

Вскрикиваю. — Нет! Игнат! Это мой проект! Моя работа!

Качает головой неопределенно, а я начинаю наступать, подобно раненой львице:

— Это я по своей глупости отдала свою разработку на одобрение Марианне Васильевне

Константиновской! Именитому архитектору. Ведущему специалисту в корпорации Игната

Юсупова. Только я не знала, что вы.. вы… она...

Слезы вновь обжигают глаза. Не пережила я свою боль. Не ушла она... все там же, в груди, зияющая рана.

Отворачиваюсь от него, обнимаю себя. Так холодно становится. В душе.. и пальцы ледяные.

Говорю тихонечко, всхлипывая:

— Я на ту Константиновскую чуть ли не молилась. Как дурочка радовалась, что профессионал ее уровня посмотрит мои работы, даст советы, наставления, внесет правки, а я буду учиться, впитывать как губка и однажды... однажды стану такой же великой.

А в итоге...

Опять всхлипываю и чувствую, как Игнат свои горячие руки на мои кладет, согревает, и его дыхание у себя в волосах ощущаю, мурашки проклятые опять бегать по коже начинают, как дрессированные!