— Знаешь, — сказала она мягким голосом, — самое страшное в этом ожидании — не сама проверка, а то, что после неё всё действительно начнется. Как будто мы переходим в другой мир, где всё становится по-настоящему важным. Но я верю, что мы справимся. Может быть, и сердце будет биться как бешеное, но ведь именно это значит — мы живы и готовы к переменам, — немного помолчав, она добавила уже веселее, — а еще, я поняла, что вот это стояние в длинной очереди и сидение под заборами замка — это тоже испытание.

— Как это? С чего такие выводы? Мы даже про саму арку не можем уверенно сказать, что это первое испытание, а ты про какое-то ожидание тут говоришь. — мне было даже немного смешно с ее слов. Она словно маленький наивный котенок, сбежавший из-под опеки своей мамы-кошки, который думает, что за каждым поворотом его ждет миска молоко, преподнесенная судьбой.

— Да вот, сама посмотри, — Ирис кивнула головой в сторону дороги, — видишь, тот богато украшенные экипаж, которые раскорячился посреди дороги?

— Ну да, вижу.

— Он уезжает. Очевидно, молодая госпожа не выдержала мук ожидания и велела своему кучеру разворачиваться — друидка была явно в восторге от своих выводов.

— А почему именно госпожа? Может там господин? — сидевшая неподалеку блондинка неожиданно решила подключится к нашему обсуждению, — я готова поспорить на пять серебряных, что там точно сидит господин! Посмотрите на эти безвкусные занавески на окошках экипажа, такие ужасы ни одна приличная девушка не позволит повесить. — Блондинка подползла по траве поближе к нам и выудила из поясного кошеля пять золотых, — Вот! Моя ставка! — она подбросила монетку и ловко словила ее так, чтобы та оказалась прямо напротив моих глаз.

Эта девушка буквально излучала азарт.

— Допустим у нас, каким-то чудом, найдется пять серебряных монет, но как ты узнаешь, кто забрал выигрыш? — обратилась к ней Ирис, — неужели ты хочешь пробежать пол версты до кареты и потом еще обратно? В этом случае, ты точно опоздаешь на открытие прохода.

Блондинистая эльфийка, а именно ею была наша новая знакома, кинула взгляд на часы, разочарованно сказала:

— ЭЭЭх, всего пятнадцать минут осталось. Точно не успеем сбегать посмотреть…

— Я могу вам помочь в этом деле, — произнесла неожиданно для самой себя я, -но в споре участие не приму, извините.

С мыслью, что небольшое приключение Тинни не помешает, тем более он уже несколько дней крылья не разминал, под заинтересованные взгляды девчат, я призвала своего фамильяра:

— Тинни, вылезай давай! — ничего не произошло, — эй, где-ты наглый вороняка! Не позорь меня!

Я заметила, как заинтересованные взгляды сменились на удивленные, а через минуту на сочувственные.

— Киара, ничего страшного, — сказала Ирис вкрадчивым голосом, сочувственно сжимая мое плечо.

— Да, не все ведьмы по молодости могут призывать своих фамильярно, — добавила блонди.

После этих слов все мое нутро взбунтовалась, потом что у меня нет проблем с призывом, у меня есть проблемы с одним наглым вороном.

«Ладно, хорошо, я устрою еще тебе пернатый ты крысенышь! Думаешь я за десять лет твои фокусы не выучила…ты пожалеешь» — мысленно обратилась я к фамильяру. А в слух произнесла:

— О, ВЕЛИКИЙ И УЖАСНЫЙ ТИНЕБРИС, ПРОШУ ЯВИ НАМ СВОЮ ТЕЛЕСНУЮ ФОРМУ! — сложила руки в молящем жесте и пустила свою энергия в кончики пальцев рук.

Глаза Ирис и эльфийки округлились больше, чем при моих призывных вскриках, когда из моей руки неожиданно повалил полупрозрачный черный дым.

— Ээ, Кир, все в порядке? Ты кажется немножечкого того… — моя новая знакома так и не успела довести свою мысль до конца, так как дым обрел очертания ворона с красными глазами. Ворон становился плотнее и… жирнее. Да, отсутствие полетов ему явно на пользу не пошло. Он пытался грациозно окинуть нас взглядом и не менее грациозно махнуть нам приветственно головой, но я быстро перехватила его за лапки, перевернула его вниз головой и немножечко потрясла, приговаривая:

— Вот тебе, вот тебе…великий и ужасный…может хоть так мозги вернутся в твою куриную голову, — Тин пытался вырваться из моих «приветственных объятий», но пока у него получался только раскидывать в разные стороны свои перья и орать во всю глотку:

— КАР…ХВАТИТ…КААААРРРР…ПОМОГИТЕ, НУ ЧТО ЖЕ ВЫ СТОИИИТЕ.

Ирис подбежала к нашей воющей парочки, обхватила мои руки и смеясь сказа:

— Киара, остановись, он нужен нам живым, — выхватив ворона из моих ослабевших рук, ловко усадила это взъерошенное создание себе на плечо, приговаривая, — бедная птичка, хорооошая птичка, пострадала от рук злой веееедьмы.

Ворон жалобно кряхтел устраивайся поудобнее на плече девушки.