— Да. Его ещё называют «Кольцо супруги духа». По легенде, его дарили смертным женщинам, которых выбирали кицунэ. Не просто так — это был знак. Символ того, что она принадлежит духу. И дух принадлежит ей. В вечности. Такие кольца не продавались и не покупались. Их нельзя было украсть или подделать. Считалось, что они появляются сами — когда дух находит свою избранницу.
— Ого, — выдохнула Харука, переводя взгляд с кольца на меня. — Мэй, ты слышала? Это что ж получается… твой лис…
— Мой лис — просто лис, — сказала я. — А кольцо — просто подарок. Красивое совпадение.
Хиро посмотрел на меня. Внимательно. Потом перевёл взгляд на кольцо, потом снова на меня.
— В легендах не бывает «просто совпадений», Мэй-сан. Архитектор вам говорит. Я старые чертежи читаю — там каждая линия что-то значит. А это кольцо… оно слишком точное. Даже количество языков пламени совпадает.
Я посмотрела на кольцо. Девять языков пламени обрамляли лисью морду. Восемь. Я не считала их раньше. Просто не приходило в голову.
— Это подарок от фаната. Он залез в дом и написал фамилю для Рэна в манге…
Хиро и Харука уставились на меня.
— Что? — Харука нахмурилась. — Кто залез? Куда?
— Фанат, — я покрутила кольцо на пальце. — Или сталкер. Не знаю. Ничего не украл. Только написал в моём блокноте фамилию для главного героя. «Рэн Камисиро». А потом оставил на пороге это кольцо. В коробочке. Без записки.
Харука открыла рот. Закрыла. Открыла снова.
— Подожди-подожди. Кто-то залез в твою квартиру⁈ И ты молчала⁈ Мэй, надо было сразу звонить в полицию! Ты понимаешь, что это мог быть кто угодно⁈ Маньяк! Псих! Одержимый фанат, который…
— Харука, тише, — Хиро мягко положил ладонь на её плечо. — Дай ей договорить.
— Я проверила замок, — сказала я. — Окна тоже. Никаких следов взлома. Всё на месте. Только надпись и потом кольцо. Я думала, может, кто-то из поклонников старой манги. Бывает же такое. Фанаты узнают адрес, присылают подарки…
— Но не вламываются в дом! — Харука всё ещё кипела.
— Я не знаю, вламывались ли. Дверь была заперта. Я сама запирала. И окна закрыты. Просто… кто-то был внутри. И ушёл. Оставил надпись. А потом кольцо.
Хиро молчал. Смотрел на кольцо. Потом на меня. Потом перевёл взгляд на сцену, где всё ещё выступал хор, но мысли его были явно далеко.
— Надпись, — повторил он. — Камисиро. Посланник бога. И кольцо жены духа. Мэй-сан, а вы не думали, что это может быть связано?
— С чем? С моей мангой? Я мангака, Хиро-сан. Я пишу про лисов. Про храмы. Про духов. У меня воображение работает как печка. Может, я сама себе это всё придумала.
— А лис? — тихо спросила Харука. — Твой лис. Рэн. Он же настоящий. Я его гладила. Он тёплый. Он урчит. Он не из воображения.
Я замолчала. Потому что на это у меня не было ответа.
— Харука, ты перечитала манги, — сказала я, качая головой.
Она надулась на секунду, а потом мы все втроём рассмеялись. Прямо посреди актового зала, пока на сцене хор допевал торжественную песню, а сидящая перед нами пожилая пара обернулась с укоризненным взглядом.
— Простите, простите, — Харука замахала рукой и прикусила губу, пытаясь унять смех.
— Но согласись, — прошептал Хиро, отсмеявшись, — сюжет получается отличный. Мангака, таинственный поклонник, кольцо из легенд, белый лис в квартире… Я бы прочитал.
— Я напишу, — пообещала я. — Как только закончу текущую мангу. Или параллельно. Или вообще брошу всё и начну новую.
— Вот это правильно, — Харука толкнула меня плечом.
Директор снова подошёл к трибуне, поправил микрофон и торжественно объявил:
— А сейчас — вручение почётных грамот выпускникам, которые добились особых успехов в творческих профессиях! Грамоты будет вручать наш уважаемый гость, господин Рэнносукэ Сирояма!
Зал взорвался аплодисментами. Рэнносукэ поднялся на сцену, слегка поклонился и встал рядом с директором. В его руках появилась стопка грамот — плотная бумага, золотое тиснение, алые ленты. Свет софитов падал на его платиновые волосы, и они сияли, как лунный свет.
Директор начал зачитывать имена. Первым вызвали Ямамото-семпая — за достижения в иллюстрации. Он поднялся на сцену, пожал руку инвестору, получил грамоту и замер на секунду, явно пытаясь вручить заодно и своё портфолио. Рэнносукэ вежливо улыбнулся, что-то сказал, и Ямамото-семпай отошёл с видом человека, который не теряет надежды.