– Ты читай спокойно, я тоже почитаю. Будут вопросы, можешь задать их мне, и я постараюсь тебе помочь.

Сжав губы в тонкую полоску, я гулко сглотнула, переключая все свое внимание на книгу. Сделаю вид, что рядом никого нет, и на этом все закончится. К тому же, пока я не говорю, непонятно же, что у меня в голове твориться.

– Сейчас в каждом клане всего несколько дракониц незамужних есть, – проговорил со вздохом мужчина. – Скорее всего, еще каких-то лет сто и незамужних дракониц вообще не останется. Если так подумать, это не удивительно, ведь драконицу может родить только драконица, если повезет, а человеческие девушки рожают исключительно драконов. Вот и выходит, что мальчиков намного больше чем девочек. Но за все нужно платить, – покачав головой, глубокомысленно заключил он. – У драконов срок жизни наибольший изо всех рас, примерно две тысячи лет, но за всю долгую жизнь у них может быть один, два ребенка. У людей же в свою очередь срок жизни наименьший, всего двести лет, но они могут родить десять и больше детей за это время. Все, как шутка судьбы. Ты, возможно, не знаешь, но люди и драконы самые совместимые расы. Когда-то маленький срок человеческой жизни можно было компенсировать истинной связью. Дракон и его суженная пара соединяли свои жизни, становясь единым целым. Сейчас, конечно, такого уже нет, но я уверен, что каждый хоть раз думал об этом. Кто же не захочет найти свою идеальную вторую половинку, ты так не думаешь, Лорейн?

Поняв, что я неосознанно подняла голову, с интересом слушая слова Вильгорта, я быстро отвела взгляд. Действительно, дура, не иначе. Впрочем, кто сможет притворяться постоянно и не сделает хоть одной ошибки?

– Я никому ничего не скажу, – пообещал врач неожиданно. – А теперь скажи мне, как часто ты приходишь в себя и сколько обычно находишься в здравом уме?

Застыв от неожиданности, я усилием воли заставила себя не дергаться и подумать хоть несколько секунд. Вот только, как давно Вильгорт понял, что я пришла в себя и откуда он вообще знает, что это может быть обратимый процесс?

Не в силах выдавить из себя ни слова, я нашла лучший выход из ситуации – молчание. Говорят же, что молчание – это золото. Буду считать, что в тридцать пять лет у меня все-таки есть некоторые преимущества, я знаю, когда следует просто промолчать.

– Я никому не говорил, но если ты продолжишь молчать, думаю, мне придется все рассказать драго Даргесу, – заметил беспомощно Вильгорт.

Интересно, он где-то практиковал методы «запугивания»? С одной стороны складывалось впечатления, что это именно я неразумная, не понимаю ничего. Но ведь с другой стороны – он намеренно давил на меня, желая узнать правду. Вот только, какую правду я могу ему рассказать? Не скажу же, что вообще не являюсь настоящей Лорейн и меня сюда… попутным ветром занесло?

– Ваш вопрос довольно сложный, – ответила спокойно. – Иногда я могу быть день, несколько дней в здравом уме.

– Но может быть и больше?

– Неделя?

– Тогда в каком возрасте это началось?

– С двенадцати лет, – немного подумав, отыскав в памяти Лори примерную дату, призналась тихо.

Да, с двенадцати лет Лори начала понемногу приходить в себя. Иногда она была в здравом уме день, час, а бывали такие случаи, что и неделю, десять дней у нее не было рецидива. В общем, как ни крути, но это довольно странная болезнь. К тому же, девочка потеряла два года своей жизни, прежде чем на время прийти в себя, почти не помня, что тогда происходило. Поэтому еще непонятно, было ли ее временное выздоровление вообще счастьем для нее или только сильнее било по душевным ранам.

Не думаю, что кто-то сможет радоваться, когда поймет, что годы жизни пролетают мимо, а ты все еще находишься там, где «стоял» раньше. Да и отношение родственников точно добавляло «позитивных эмоций» маленькой девочке. Конечно, впервые, осознав свое состояние, Лори побежала к маме, чтобы рассказать ей радостную новость, но не смогла даже рта открыть, как ее выгнали вон, словно дворовую собаку. Хотя, как по мне, даже с собаками так не поступают!

– Правильно ли я понимаю, что после встречи с драго Даргесом вы смогли на время прийти в себя?

– До встречи с драго Даргесом я пришла в себя, – развеяв глупые надежды старика, честно призналась.

Заметив, как яркие лучики в глазах Вильгорта потускнели, я тяжело вздохнула. Обидела мужчину на ровном месте, что б его. Но, реально, разве сложно догадаться о его мыслях, особенно после рассказа о драконах и их истинных парах. Понятное дело, что Вильгорт хотел, чтобы я стала истинной парой Даргеса и уже на самом деле помогла ему с регенерацией.