Вдоль моего тела, будто вылезая из какой-то вязкой черной субстанции, тянулись черепа с горящими глазницами. По ним с разных сторон стекала это непонятная субстанция. Выглядело все очень жутко. Одно радовало, что не было никакого запаха. Я насчитала порядка десяти черепов, которые очень внимательно меня осматривали с ног до головы и не забывали при этом обнюхивать. Больше всего их внимание привлек мой живот. Они приближались к нему, принюхивались и довольно, то ли урча, то ли шипя, отстранялись.

- Дающая жизнь… - опять заговорил кто-то из них. Но, кто именно, непонятно, так как челюсти ни одного из них не двигались.

- Давшая жизнь и подарившая достойнейшую смерть … - сказал еще один голос, а по моему телу поплыл черный туман, который уходил за спину, доходя до талии.

Я почувствовала, как за спиной образовалось очень худое тело, и большие костлявые руки обняли меня за талию.

- Не бойся, никто не собирается мучить тебя! - хриплым голосом прошелестело тело за моей спиной и засмеялось.

- Мне хотелось взглянуть на тебя и проверить, насколько был прав один из моих детей, что благодаря тебе он теперь вновь рядом со мной. И он не ошибся, ты та, что подарит этому миру не одну прекрасную жизнь. В тебе нет той алчности и злобы, что захватила сердца женщин. Не бойся моих детей, они не зло и не добро. Они не смерть и не жизнь, они все сразу. В благодарность за ту каплю тепла, что ты подарила моему уходящему сыну … - начал говорить он.

- Какую каплю тепла? - что-то я не понимаю, о чем мне он говорит.

- Вот видишь, ты даже не знаешь, какой и кому подарок сделала. Ведь ты это делаешь неосознано. Ты искренне пожалела, что мой сын возвращается ко мне, за ту малую заботу, что он проявил к тебе, хоть это и была его обязанность. Ты не просто приняла это, но смогла посочувствовать всей душой и подарила ему каплю своего тепла из сердца. Для жреца смерти это неоценимый подарок. Именно за это я отблагодарю тебя. На том месте, куда он тебя поцеловал, появится печать, которую будут видеть только мои дети. Увидев ее, ни один не откажет тебе в помощи и отдаст свою жизнь за спасение твоей. Помни об этом, дающая жизнь, дитя другого мира … - после этих слов я почувствовала, как тело за спиной растворилось.

Окружавшие меня черепа тоже стали постепенно бледнеть и исчезать, а давление на меня стало пропадать.

Когда последние следы тумана рассеялись, я снова оказалась на площадке в храме. Мои руки всё так же были прикованы к валуну. Вокруг стало явно холоднее. Рядом послышалось звяканье кандалов, которые ударились об каменный пол. Это и заставило меня немного очнуться и повернуть в сторону прогремевшего звука.

С пола площадки поднимался Дэрок, только сейчас он мало был похож на того мужчину, которого я знала. Он вставал с колен. Пока я видела только спину, которая все также была широкой. Вот только сквозь нее, как картинка, то появлялся видимый скелет, то пропадал. Когда он повернулся, то на месте привычного мне лица была жуткая костяная маска и черные впадины вместо глаз, в них горели красные огоньки.

Руки стали тоньше, а на вытянувшихся худых пальцах появились очень длинные когти. Смотря на меня своими жуткими глазами, он двинулся в мою сторону. Пока Дэрок делал эти несколько шагов, мое тело начала бить дрожь. Ведь я никогда его не видела в состоянии полной трансформации в жнеца, которому сейчас сама была готова отдать душу, только бы он не приближался. Но это не мой случай, Дэрок шел прямо ко мне и явно не за душой.

Как только он приблизился, то сразу же, без приветствия, прижался к моим бедрам своими. Между нами оказалось его стоячее желание. Оно упиралось в меня и давило на клитор. Я чувствовала, что его строение чем-то отличается от членов ощущаемых мною ранее. Его руки с огромными когтями стали гладить мою грудь через ткань. Это совсем не вызвало отвращения, наоборот его действия вызывали необъяснимые чувства внутри меня.

Почувствовав дыхание рядом с шеей, подняла глаза на жнеца. Я посмотрела в эти темные бездны, горящие смертью. Тут костяная маска сменилась уже привычным мне лицом Дэрока. Но теперь в его глазах можно было сгореть от страсти и огромного возбуждения. И я поняла, как бы жнец не выглядел, он всегда будет оставаться моим любимым, который никогда не причинит мне вреда.

Вновь появилась костяная маска, и он, склонившись к моим губам, поцеловал меня совсем не нежно. Его поцелуй передавал всю страсть, что копилась в нем столько лет. И теперь она была готова спалить меня в своих потоках. В такой форме его язык был порядком длиннее, что даже полностью не мог поместиться в моем рте, только его часть.

Но при этом он наглядно показал, сколько удовольствия может доставить этот язык. Прикасаясь когтями к груди, он стал покусывать мои соски. Это вызывало легкую боль, которая затем переходила в искры экстаза. А потом ловким языком Дэрок зализывал оставленные укусы. Ему как-то так удавалось сжимать соски, будто их стягивали шелковыми лентами. Эти ощущения были новыми для меня, но очень приятными. Покусывая и потом зацеловывая, он спускался все ниже, встав в итоге передо мной на колени.