– Ну ты и сказала. Стравливают! Скорее сватают. Может, ты тоже симпатична этим мелким хулиганам. Ну ты поняла в каком смысле. Вот они и решили попробовать тебя в роли своей мачехи. И возвращаясь к Комарову старшему. У мужиков всё просто, понравилась женщина с первого взгляда, они её добиваются. Нагло, порой странно и неумело, но добиваются.

– Мне что-то совсем не хочется, чтобы Комаров меня добивался. Во-первых, он не в моём вкусе, а во-вторых, я его боюсь. Понимаю, всё дело в его росте и резких чертах лица, но он всё равно меня пугает. Да и характер у него явно не сахар.

– Зато какой мужик! Не то что твой щуплый Глеб.

– Глеб уже не мой, а Лерин. Ладно, давай закончим разговор. Что-то у меня совсем нет желания разговаривать о мужчинах. И так голова болит, а завтра ещё ехать к Вике и искать её Малика. Даже не представляю, как всё пройдёт.

– Так давай я поеду с тобой? Составлю компанию и буду твоей группой поддержки.

– Придётся потратить целый день.

– Ничего. Мои только обрадуются, что меня не будет дома. Никто не будет на них ворчать и учить уму разуму.

Долго не думая, я согласилась с Ирой, обрадовавшись, что буду не одна. А то есть у меня крайне нехорошее предчувствие, что встреча с Маликом пройдёт очень напряжённо.

Глава 11

Вероника

После рабочей недели дорога в другой город, занявшая почти пять часов, оказалась настолько утомительной, что я будто прошла всё это расстояние пешком. И если бы не Ира, пытавшаяся хоть как-то меня взбодрить, я бы попросту заснула прямо в автобусе.

Правда подруга в качестве темы для разговора выбрала Глеба, желая перемолоть моему бывшему все косточки.

И у меня очень часто возникает такое ощущение, как будто этот мужчина волнует других намного больше, чем следовало. Это если сравнивать со мной.

Я как-то быстро смирилась, что мой муж был подлецом, а я была слишком доверчивой дурой, не догадывавшейся, что её регулярно наставляют рога. Теперь мне хочется перелистнуть страницу и начать жизнь с чистого листа, чтобы в ней не присутствовал Глеб.

Мне не хочется говорить о нём, вспоминать и строить против него какие-то козни.

Да, безумно жаль двадцати потраченных на него лет, но если я буду зацикливаться на этом, то никогда не смогу стать счастливой.

К тому же нет ничего хуже, чем вариться в ненависти и обидах. Надо просто смириться, что я доверилась не тому мужчине. Это трудно, тяжело и порой кажется невозможным, но только поначалу.

С каждым днём, что я не вижусь с Глебом, мне всё легче справляться с нашим расставанием.

Но, по крайней мере, я не могу сказать, что брак с этим мужчиной был чем-то ужасным. Да, он врал, изменял и, возможно, никогда по-настоящему меня не любил. И относительно недавно мне казалось, что если у нас и есть какие-то проблемы, то они незначительные.

Ведь я не закатывала скандалов, бывший не срывался на меня, мы не ссорились и не хотели поставить наши отношения на паузу, ну или развестись.

Я любила, а Глеб пользовался моей любовью. Я жила ради семьи, а он ради себя. Я думала, что мне не стоит мечтать о большем, потому что у меня уже всё есть, и муж, и дети, и стабильная работа, и даже квартира. А он, скорее всего, мечтал об очередной молодой девушке, используя меня как хорошую жену, которая и приголубит, и утешит, и всегда поддержит.

Обидно, но что поделать.

Я с лёгкостью могла поймать ученика за списыванием, как бы он ни старался спрятать шпаргалку, но так и не смогла поймать мужа на измене.

Вот как бывает.

Но ужасным наш брак всё равно нельзя было назвать. И пока я жила в неведении меня всё устраивало.

Немного помолчав, слушая, как Ира «добрым» словцом проходится по Глебу, я поймала момент и перебила её.

– Не скажу, что он плохой человек. Как-то же я с ним прожила столько лет. Скорее всего, о себе дал знать возраст. Ну или кризис среднего возраста, которым обычно страдают мужчины, меняясь не в лучшую сторону и порой творя не пойми что. Глеб уже перешёл свой рубеж, ему сорок пять, и его внутренние демоны сходят с ума. Потому что тот Глеб, за которого я выходила замуж, никогда бы не привёл в наш дом любовницу, оправдывая это словами, что он хочет быть честным со мной и нам надо поговорить. Может, он и изменял, но он никогда не пытался меня унизить. Если не считать, что он спёр технику и прятал от меня деньги.

– Но измена – это и есть унижение.

– Для женщины да. А для изменника это что-то сродни спасению брака. Я как-то подслушала разговор двух мамочек после родительского собрания. И одна из них, явно находясь в шаге от нервного срыва, и я бы тоже рехнулась, будь у меня шесть детей, четыре из которых погодки, жаловалась на своего мужа. Она не раз ловила его на измене и закатывала скандалы, а он отвечал ей, что так спасает их брак. Якобы с любовницей он отдыхает и восстанавливается, а также испытывает новые эмоции.

– И она не планировала уйти от него?