– Пора, сынок, пора тебе сменить род деятельности и место службы. Подумай об этом. А сколько там приличных девушек есть? Очень тебе было бы кстати. Мне-то уже немного осталось, так что нужно успеть передать тебя в хорошие, надёжные и заботливые руки…

Кивал, молча улыбался, ничем не хрустел и не скрипел, чтобы снова не ходить по стоматологам, целовал матушку и с громким внутренним матом выбирался на улицу, где долго нецензурно орал на волны Финского залива.

Уйти к экономистам, забыть про выезды и бросить все горящие дела? Что я кабинетная, хромая крыса, что ли?

Ведь нет?

Увы, ноги и спина намекали, что очень даже да.

Но майор Громов сдаваться не планировал.

У меня были еще три недели на восстановление до комиссии. Я должен вернуть форму, во что бы то ни стало.

И я это сделаю.

Знакомство с героями

Итак, знакомимся с героями!

Громов Роман Евгеньевич, позывной "Зевс",

40 лет, майор Службы внутренней безопасности

(по понятным причинам точное место работы не разглашается)

И тот сюрприз, который Судьба (а также друзья и коллеги Романа Евгеньевича) ему преподнесет:

Булочко Ида Витальевна, 35 лет, врач невролог, остеопат

А подробности о героине узнаем в следующей главе.

«Лучшая награда в нашей жизни –

это возможность заниматься делом, которое того стоит»

Т. Рузвельт, двадцать шестой президент США

Ида

– Булочка, а, булочка, а ты сладкая? – слышала я довольно часто.

– Отстань, я с мышьяком. Отравишься! – фыркала привычно.

В такие моменты даже в свои тридцать пять я снова была «крошкой Идой» – маленькой, любимой папиной булочкой.

Больно.

От напоминания, что этого больше не будет, до сих пор было очень больно.

Да, от пропавшего без вести много лет назад Виталия Владимировича нам с мамой осталась провокационная фамилия – Булочко, и маленькая однушка в ведомственном доме. И надежда:

– Когда-нибудь он приедет, Ида, – вздыхала мама. – Папа очень нас любит. Он обязательно вернётся.

Да, прошла уже без малого четверть века, а Вероника Максимовна Булочко по-прежнему ждала своего любимого мужа, в один паршивый день уехавшего в обычную командировку в Панфилов – маленький городок на границе с Китаем.

И пропавшего там.

Без вести. Бесследно. Безнадежно.

Первые шесть лет мы ждали его дома каждый день: мама работала, я училась в школе, а по вечерам мы чутко прислушивались: не идет ли? Бросались к окну посмотреть на каждую машину, что останавливалась у подъезда.

Ждали – ждали – ждали.

И верили.

Но когда пришло время мне поступать в институт, мама, оставив всем папиным коллегам, а также нашим друзьям и знакомым новый адрес, все же рискнула переехать в Саратов, к старшему брату, неподалёку от которого давно осели их родители.

Так маленькая «Булочка» резко выросла до «Кренделя», поступив в медицинский, как того требовали семейные традиции, но главное – как хотел папа.

Бабушка с дедом первое время маме активно сватали всяких, на их взгляд, «приличных мужиков», но мама, учительница математики в средней школе, упорно стояла на своем:

– Никого мне не надо. Я жду Виталия. Точка. Тем более ваши «варианты» и не варианты даже. Они в школе-то учились? Хоть бы в рабоче-крестьянской…

Бабушка ворчала и фыркала, дед не одобрял молча.

Но маме было всё равно: жили мы с ней отдельно в скромной квартирке. Она трудилась в районной школе, а я училась и подрабатывала санитаркой в городской больнице с третьего курса.

Мы справлялись.

И ждали папу.

То, что дело это уже безнадёжное не раз и не два говорил мне самый адекватный родственник: мамин брат дядя Витя.

– Ида, ты же уже взрослая, да по жизни и в своей больнице всякого навидалась. Ты же понимаешь: десять лет ни слуху ни духу. Ну, шансов ведь нет почти?

Я кивала.

Я, правда, понимала, но не могла перестать ждать и надеяться на чудо.

А потом мой дядька, классный, между прочим, нейрохирург, прихватил меня, проходившую ординатуру в родной больнице, в столицу. Там как раз проходила научно-практическая конференция по нашему профилю.

И во время этой поездки меня занесло на семинар по не шибко у нас в глубинке известной остеопатии. После чего жизнь моя моментально заиграла новыми красками.

Нет, как полагается приличной девочке, специализацию по неврологии я получила. Место в больнице – тоже, но факультативно, при каждом удобном и не очень случае, я расширяла свой кругозор в направлении, так меня захватившем.

Известно же: кто ищет и стремится, тому дано будет?