Мой грязный эксклюзив

Глава 1

Некоторые женщины тают от бриллиантов, другие теряют волю при виде щенков или путевки на Мальдивы. Моя слабость была куда прозаичнее и, чего уж греха таить, куда горячее.

Идеально прокачанные мужские тела.

Как фитнес-тренер с пятнадцатилетним стажем, я могла с закрытыми глазами определить процент подкожного жира, просто пощупав чужой бицепс. Но как тридцатишестилетняя разведенная женщина, я предпочитала не просто смотреть на мышцы, а наблюдать, как они двигаются в такт тяжелым басам.

— Игоревна, закрой рот. Слюна на пол капает — пихнула меня локтем в бок Рита, перекрикивая музыку.

Я лениво перевела взгляд с кубиков пресса парня на сцене на свою подругу по совместительству администратора моего спортзала.

— Риточка, я не пускаю слюни, я провожу профессиональный анализ мышечного корсета вон того Аполлона, — я сделала элегантный глоток ледяного мартини. — У него потрясающе развиты косые мышцы живота. И ягодичные… просто персик.

Рита закатила глаза, поправляя глубокое декольте.

Мы сидели за VIP-столиком в «Элизиуме». Официально это заведение в нашем курортном городке называлось «закрытым театром пластического искусства и акробатики». Неофициально — это был рай для женщин, где невероятно красивые, пластичные и, что самое главное, почти голые мужики устраивали такое шоу, от которого плавился лед в бокалах. Никакой пошлости или дешевых трусов со слониками. Только эстетика, дорогие костюмы (которые эффектно летели на пол), феромоны и чистый, концентрированный секс.

Мы с Ритой были здесь частыми гостями. После развода, который случился пять лет назад, я решила, что с меня хватит драм, стирки чужих носков и претензий. Я открыла свой зал, привела тело в такую форму, что мне завидовали двадцатилетние, и открыла для себя простую истину: смотреть на красивых мужчин, которые стараются только для тебя, — лучшая терапия.

Но сегодня в «Элизиуме» творилось какое-то безумие. Обычно расслабленная атмосфера искрила от напряжения. Женщин набилось столько, что в воздухе густо пахло дорогим парфюмом, лаком для волос и нетерпением.

— Ты номерок не потеряла? — Рита вцепилась в мое запястье так, словно я собиралась сбежать.

— В сумочке он, успокойся.

Я похлопала по своему клатчу. Сегодняшний вход стоил нам как крыло от самолета. Администрация клуба устроила эксклюзив: привезли какую-то новую, загадочную звезду. Имя не разглашалось, лица на афишах не было — только темный силуэт, мужская спина с рельефом, достойным древнегреческих богов, и надпись «Только на одну ночь».

Вместе с безумно дорогим входным билетом каждой гостье выдали золотистый жетон с номером. Ровно в полночь должен был состояться розыгрыш, победительница которого получала приватный танец от этого таинственного гостя. В специальной комнате. Один на один. Без правил и ограничений, кроме тех, что установит сама победительница.

— Боже, я весь день на ресепшене сидела как на иголках, — простонала Рита, обмахиваясь салфеткой, хотя кондиционеры работали на полную мощность. — Говорят, этот парень вообще не выступает в клубах. Он танцует только на закрытых вечеринках для элиты. Карина, а вдруг я выиграю? Я же прямо там, в приватной комнате, от инфаркта откинусь!

— Не откинешься, у тебя кардио по вторникам и четвергам, сердце натренировано, — усмехнулась я, забрасывая ногу на ногу. Разрез на моем шелковом платье цвета бордо послушно скользнул по бедру. — К тому же, у тебя номер сорок два. А выигрышным будет мой.

— Почему это? — возмутилась подруга.

— Потому что у меня номер шестьдесят девять. Сама судьба намекает.

Рита прыснула со смеху, чуть не подавившись коктейлем.

Я откинулась на спинку бархатного диванчика и позволила себе расслабиться. Музыка пульсировала где-то внизу живота. На сцене двое парней в образах гладиаторов закончили свой номер эффектным сальто, сорвав оглушительные женские визги.

У меня не было иллюзий. Я пришла сюда насладиться эстетикой, выпить и отвлечься от мыслей о том, что моя семнадцатилетняя дочь снова покрасила волосы в розовый цвет, а поставщик протеиновых батончиков задерживает партию. Мне нравилось это чувство власти: сидеть в полумраке, попивать алкоголь и знать, что эти альфа-самцы на сцене сейчас из кожи вон лезут, чтобы поймать мой благосклонный взгляд.

Свет в зале внезапно погас. Совсем.

Толпа женщин затаила дыхание. Из динамиков вместо ритмичного RB полилась медленная, интригующая мелодия. Луч прожектора выхватил на сцене ведущего в элегантном бархатном костюме. В его руках блестел стеклянный лототрон, внутри которого перемешивались десятки золотых шариков.

— Дамы… — бархатный голос ведущего эхом разнесся по залу. — Время пришло. Но прежде чем мы перейдем к главному блюду этой восхитительной ночи, давайте немного разогреем аппетит!

Женский зал одобрительно загудел, кто-то нетерпеливо застучал каблучками. Ведущий крутанул барабан. Золотые шарики весело застучали по стеклу.

— Начнем с легких закусок, — с лукавой улыбкой произнес он, опуская руку в лототрон. — Номер тридцать четыре! Ваша награда — бутылка ледяного «Дом Периньон», которую вам лично нальет, а заодно и покормит вас клубникой наш великолепный Марк!

Где-то в партере раздался радостный визг, и под свет отдельного софита к столику счастливицы уже шагал один из «гладиаторов» с ведерком со льдом, играя рельефными грудными мышцами.

Рита рядом со мной нервно сглотнула.

— Идем дальше, градус повышается! — голос ведущего набирал обороты, пока барабан делал еще один оборот. — Номер восемьдесят один! О, этой леди сегодня повезет вдвойне! Прямо сейчас, эксклюзивный приватный танец у вашего столика от наших резидентов — братьев-близнецов!

Зал взорвался оглушительными аплодисментами и завистливыми вздохами. Близнецов Алекса и Макса здесь знали и любили за потрясающую синхронность и абсолютно бессовестное поведение во время таких танцев.

Рита вцепилась в край стола так, что у нее побелели костяшки пальцев.

— Блин, ну почему не мы? — проскулила она, провожая глазами близнецов, которые уже стягивали с себя рубашки, направляясь к диванчикам напротив. — Я бы от такого аперитива точно не отказалась… Карин, а вдруг мой сорок второй вообще пролетит?

— Спокойно, Риточка. Это всё просто разогрев, — снисходительно усмехнулась я, делая еще один глоток мартини. Мой пульс немного ускорился, но я держала лицо. — Мы ждем десерт. Мелочь нам ни к чему.

Как по команде, музыка снова сменилась. Басы стали тяжелее, тягучее, забираясь вибрацией прямо под кожу и отдаваясь где-то внизу живота. Свет на сцене стал интимно-красным. Атмосфера в зале сгустилась до предела — теперь даже хохот за столиком победительницы утих. Все взгляды приковались к сцене.

Ведущий подошел к самому краю, театрально понизив голос почти до хриплого шепота.

— А теперь — то, ради чего вы все сегодня здесь. Главный приз.

Он снова покрутил барабан.

— Наш гость уже ждет за кулисами. Он не покажет своего лица публике. Его увидит только одна из вас, — ведущий выдержал паузу, достойную Оскара. — Та, чья ночь сегодня перестанет быть томной. Итак…

Он опустил руку в лототрон. Я, сама от себя не ожидая, задержала дыхание и крепче сжала клатч, в котором лежал мой жетон. Моя железная выдержка дала крошечную трещину — мне вдруг отчаянно, до дрожи в пальцах, захотелось оказаться той самой победительницей.

Ведущий достал шарик, медленно раскрыл его и произнес в микрофон:

— Номер… шестьдесят девять.

Рита завизжала мне прямо в ухо. А я, Карина Игоревна, женщина, которая не моргнув глазом выгоняла из зала стокилограммовых качков за неубранные блины, вдруг почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Я выиграла.