– Это значит, что наша биоэнергия синхронизировалась на фундаментальном уровне. Нейрохимия требует завершения.
– Капитан Ренделл, я ничего не поняла, правда, – голос мой дрожит.
Я отодвигаюсь от него, прижимаясь спиной к прохладной, почти холодной стене. Контраст между ее металлом и исходящим от него жаром сводит с ума.
От него исходит такое тепло, что мои мышцы дрожат и скручиваются в тугую, болезненную пружину.
В низу живота зарождается странное, томящее чувство, сладкое и тревожное одновременно. Оно разжигает кровь, заставляет сердце биться в странном, порывистом ритме.
Я никогда… никогда не чувствовала ничего подобного. С моим бывшим все было иначе – несуразно, механически. Даже в самом начале. Я была неопытна и думала, что так и должно быть: сначала боль, потом смирение. Разрядки я не испытывала, а его слова: «Если ты не кончаешь, значит, с тобой что-то не так», – стали тихим клеймом, знаком моей неполноценности.
А теперь это… дикое, первобытное влечение, которое пугает своей силой.
– Если мы официально не поженимся в ближайшие двенадцать часов, обратная сторона резонанса выжжет наши нервные системы, – его голос возвращает меня в ужасающую реальность. – Я умру от инфаркта. Ты – сгоришь в лихорадке, которую твоя земная медицина не остановит. На «Зодиаке» нет оборудования, чтобы нас спасти.
– Нет, – я качаю головой, отчаянно пытаясь отгородиться от этой безумной реальности. – Не верю. Не может этого быть.
Ужас, холодный и липкий, сковывает меня. Я здесь не для этого! Мне нужно беречь силы для Авели, быть рядом с ней! Я поднимаю глаза на этого сурового незнакомца и чувствую… раздирающий меня надвое конфликт.
Животный страх сплетается с влечением в тугой, неразрывный узел.
Эта «Искра» жжет изнутри, ее невозможно игнорировать, как невозможно остановить дыхание.
– Хочешь проверить и посмотреть, что будет? – его голос звучит устало, и я понимаю, что эта ситуация и для него – непосильная ноша. В его глазах нет торжества, лишь мрачная решимость. – Я умру быстро. И ни один врач на корабле не спасет мою жизнь. Корабль долетит и без меня. Но тебе тоже придется несладко. Лихорадка будет постепенно забирать твои силы и наконец убьет. Но не это самое страшное.
Я шумно дышу, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха в сжатые легкие. Но ничего не получается.
– Твоя сестра тоже умрет, – его слова падают, как приговор. Тихие, безжалостные. – Капсула поддерживает ее жизнь. Но как только корабль сядет на Кайрос, она не сможет получить медицинскую помощь, потому что не является гражданкой Кайроса. Сестры у нее не будет, и шанса на выживание – тоже.
В его фразе нет злорадства. Только холодный, неумолимый факт. И этот факт разбивает мою защиту вдребезги. Вся моя злость, страх и сопротивление рушатся, обнажая голую, простую правду.
Я не могу умереть.
– Я не могу умереть, – тихо, но с с решимостью в голосе говорю я, глядя ему прямо в синие, пылающие «Искрой» глаза. Внутри все замирает. – Моя сестра не останется одна.
– Это значит, ты согласна? – он задает вопрос почти беззвучно, и в его взгляде проскальзывает та самая надежда, что сейчас родилась и во мне – надежда на выживание, пусть и ценой безумия.
Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как по телу разливается странное спокойствие. Решение принято. Дорога одна.
– Да, я согласна, - произношу на выдохе.
-Ну что ж, теперь нам нужно консумировать наш брак.
Саяна Старкова, 25 лет, экзобиолог
Глава 3.
– Консумировать брак? – смотрю на суровое лицо мужчины и хмурюсь. В голове проносятся образы официальных церемоний, бумаг с печатями. – Что это значит? Мне нужно подписать какие-то документы?
Мужчина поднимается с койки, и его тень накрывает меня. Он смотрит на свой браслет – тонкий браслет из темного металла, мерцающий мягким светом.
– У нас есть двенадцать часов. Но до последнего ждать мы не можем. Обратная сторона «Искры» может убить нас раньше. «Консумировать» в законах Кайроса означает не только физическое соединение, но и юридическое оформление. Одно без другого не имеет силы.
Он протягивает руку, и его браслет проецирует в воздух голографическое окно с витиеватым текстом. Символы переливаются, словно высечены из света.
– Это брачный контракт по «Акту о Семейных Альянсах». Он дает тебе и твоей сестре временный защищенный статус на Кайросе с момента подписания. – Его палец скользит по тексту, выделяя пункты. – Доступ к медицине для Авели. Гражданство после успешной... консумации.
Сердце замирает. Вот он, шанс. Осязаемый и реальный. Я смотрю на его браслет, потом на свой, простой земной, который он, должно быть, активировал удаленно.
– Как... как я это сделаю?