Как бы я на него не злилась, но… учитывая то, что я знала о старой Мэделин… он был прав.
— Так почему вы думаете, что мы похожи? — спросила я.
— В последние дни… Мэди изменилась. Будто стала другой. Вот на на неё ты похожа.
— У вас богатое воображение, милорд, — прошептала я, внезапно ослабев.
— О, ещё какое. И потому я повторяю: мне нужно знать, кто отец твоего ребёнка. И не надо сейчас замораживать моего коня.
— Почему это так важно? Разве нельзя просто порадоваться, что мир снова будет обладать магией ледяного дракона?
— Нельзя, — отрезал Ардан. — Магия — это тонкая материя. Почему ты думаешь, я берегу Кайру? Драконам надо быть со своими истинными, и как бы мне этого не хотелось, я должен вернуть тебя твоему дракону.
Благородный рыцарь нашёлся. В груди что-то ёкнуло, горько и больно.
— Я не вернусь к нему, — сказала я тихо, но с железной уверенностью. — Он меня предал.
Слова сорвались раньше, чем мозг успел их остановить. Глупость. Чудовищная глупость, которая повлечёт за собой лавину вопросов.
Ардан замер на мгновение.
— Дракон не может предать свою истинную, Мэри. Это против его природы.
Я горько усмехнулась. Кто бы говорил.
— Мне из-за этого пришлось расстаться с женой, которую я несмотря на всё, безмерно уважал.
— Потому что Кайра — ваша истинная?
— Да.
— И вы уверены в этом?
— Издеваешься?
— Нет, но вам не кажется, что в замке слишком уж сильно стало попахивать розами?
Мои руки снова покрылись тонкой коркой льда.
Ардан осторожно, но твёрдо обхватил мои запястья своими большими, тёплыми ладонями. Жар от его прикосновения заставил иней отступить с шипящим звуком.
— Я поговорю с ней насчёт духов, — пообещал он.
Я с тревогой посмотрела вниз на своё запястье, метка на котором вот в данный конкретный момент решила обжечь мне кожу.
— Мэри… — осторожно сказал Ардан. — Покажи. Мне. Свою. Метку.
Глава 36 Замри
Глава 36 Замри
Всё внутри меня сжалось в ледяной ком. Лорик на холке замер, его шерсть встала дыбом.
— Зачем? — выдохнула я, чувствуя, как предательское тепло от его тела внезапно становится невыносимым.
— По метке станет ясно, чья ты, — ответил Ардан.
Я развернулась и посмотрела ему в глаза. Гнев поднялся из самой глубины, смыв страх и осторожность.
— Чья я?
Я начала сползать с коня, не думая ни о высоте, ни о неудобном платье, ни о чём, кроме желания оказаться подальше от Ардана.
— Мэри, что ты делаешь?..
— Я не вещь!
Чуть не навернулась, перекидывая ногу через холку коня — Ардан схватил меня за плечи. Я вырвалась с неожиданной яростью. Но ярость не помогла мне спуститься на землю, конечно… Злость придала силы, но не ловкости.
Ардан помог.
— Да что ты так волнуешься⁈ — не выдержал уже он, в его голосе зазвучало раздражение, живое и горячее.
— Метка это личное, лорд Фортросс, вам ли не знать, — прорычала я сквозь зубы. — Или в вашем долбанном мире у женщины нет вообще ничего личного? Я просто чьё-то родовое имущество? Вещь, которую надо вернуть хозяину?
Глаза Ардана налились изумрудным огнём.
— Твоему дракону, да! — рявкнул он. — Он должен знать, где ты, что с тобой, как ты себя чувствуешь! Я не представляю, как он сходит с ума, не зная, где ты, жива ли ты, в безопасности ли его ребёнок!
— Не представляете, лорд Фортросс! — я закричала в ответ, и в голосе моём задрожали слёзы, которых я не хотела. — Ваша истинная рядом с вами, носит ваше дитя! И вы не представляете, что чувствует мой дракон!
— Да что с тобой такое⁈ — он сжал мои запястья так, что кости хрустнули, но боли я почти не чувствовала, её заглушала буря внутри.
Я замолчала, сжав губы. Слишком много сказала. Слишком много выдала. Дышала прерывисто, неровно, чувствуя, как лёд начинает потихоньку ползти от моих ступней по траве, покрывая её хрустящим инеем.
Ох неужели эта сила теперь постоянно будет расползаться?..
Ардан молча следил за инеем, и я чувствовала, что его гнев меняется на холодную, хищную сосредоточенность.
— Покажи метку, это позволит мне понять, какой из драконов твой. Кто из драконов тебя потерял.
Метка на запястье вспыхнула жгучим холодом, будто отвечая на его вызов. Я инстинктивно прикрыла её рукой.
— Нет у меня дракона, — сказала я. — Он выбрал не меня.
Долгое мгновение мы молчали.
— Тогда я найду его — произнёс он негромко, — и оторву ему крылья, за то, что осмелился оставить свою женщину и своего ребёнка.
Я подняла взгляд.
— В этом нет необходимости, — сказала холодно. — Пусть живёт. Счастливо.
— Какая великодушная, — в его голосе прозвучала едкая насмешка.
— Я не злопамятная.
— Прекрасное качество для женщины, — сказал Ардан, беря Грозного под уздцы. — Так вы его простите?
Я усмехнулась, ага, сейчас же.