— Вы превращаете процесс в балаган.
— Нет. Я возвращаю ему тех, ради кого он начался.
Судебный знак снова дрогнул.
Виона уже начинала понимать: он отвечал не на громкость. Не на титулы. На точность.
Лира первой подошла к Мире.
— Я Лира Торн, наследница с памятью крови. Я выбираю Дом Первого полёта.
Илса встала рядом.
— Илса Рой. Я выбираю дом, где младших не забирают ночью.
Нола подошла очень серьёзно.
— Нола Висс. Мой знак проявился раньше установленного Советом возраста. Я выбираю дом, где это не нарушение.
Эйра шагнула к кругу, прижимая лошадку.
— Я просто Эйра. Пока. Я выбираю дом, где можно спросить, на каком основании.
Сана и Тиша произнесли вместе:
— Сана и Тиша. Мы выбираем дом, где нас не разделяют без причины.
— И где можно врать зеркалам, — добавила Сана.
— Это не надо в протокол, — сказала Тиша.
Грай всё равно записал.
Марта подошла медленно.
— Марта. Я выбираю дом, где моя метка не ошибка.
Пелла дрожала, но вышла.
— Пелла. Я выбираю дом, где отказ рода не значит, что меня нет.
Эвель почти шептала:
— Эвель. Я выбираю дом, где несовместимость с линией отца не делает меня чужой себе.
Рисса, Дана и Орли сказали свои имена по очереди.
Коротко.
Тихо.
Но в тишине суда их услышали.
Каждое имя ложилось на серебряный круг вокруг Миры.
И круг становился шире.
Виона вдруг поняла, что девочки не просто дают согласие.
Они строят дом прямо здесь.
В зале, где их хотели снова превратить в дела.
Мира стояла в центре сияния.
Слёзы текли по её лицу, но она не прятала их.
Серебряный знак на её руках раскрылся полностью.
Крыло без цепи поднялось за её спиной светом — не телом, не настоящими перьями, а древним правом, которое слишком долго лежало под печатями.
Вейр ударил жезлом по камню.
— Суд не признаёт эмоциональные заявления воспитанниц достаточным основанием для передачи дома вне родовой власти.
Каэл шагнул вперёд.
— Тогда род Арден отказывается принимать власть над пансионом.
Зал взорвался шёпотом.
Вейр повернулся к нему.
— Вы не можете отказаться от решения, которое ещё не принято.
— Могу отказаться быть клеткой, которую вы назовёте защитой.
Виона посмотрела на него.
Каэл не смотрел на неё.
Он смотрел на Совет.
— Род Арден не будет принимать Дом Первого полёта под власть, если наследницы выбрали иной путь. Я готов дать внешнее покровительство без права владения, если суд сочтёт необходимым переходный надзор. Но пансион не станет собственностью Арденов.
Морн усмехнулся.
— Благородно. И юридически пусто.
— Нет, — сказала Виона.
Все повернулись к ней.
Она держала синий свиток.
Теперь пальцы дрожали.
Совсем немного.
Не от страха.
От того, что решение наконец стало ясным.
— Не пусто. Род Арден может дать внешнее свидетельство безопасности контура. Леди Кроу и дом Кальт могут дать свидетельства открытого вечера. Агата Вирс подтверждает старый устав. Девочки дали согласие. Мира Астрид Дорн назвала полное имя. Дом должен ответить.
Вейр поднял подбородок.
— Дома нет в этом зале.
И тогда чёрный пол треснул светом.
Не камень.
Не разрушение.
Свет.
От круга Миры серебряная линия пошла по полу к входу, поднялась по стенам, добралась до рельефов драконьих крыльев и развернула их не в сторону судей.
В сторону девочек.
Где-то далеко, не в зале, не в городе, а словно через пространство, загудели Серые Ворота.
Все услышали.
Даже те, кто никогда там не был.
Гул пришёл из-под земли, из старого права, из памяти дома, который слишком долго называли объектом. Судебный знак над кругом ответил ему таким же серебром.
В воздухе перед Вионой проступили слова.
Не красные, как вызов Совета.
Серебряные.
Холодные.
Живые.
«Дом Первого полёта признаёт выбор наследниц».
Вейр побледнел.
Морн вскочил.
Орт Гленн медленно опустился в кресло, будто ноги отказались держать.
Грай прошептал:
— Это надо внести в протокол?
Леди Кроу сухо сказала:
— Если не внесёте, я повторю громче.
Виона не слышала почти ничего.
Она смотрела на серебряные слова.
Дом ответил.
Не ей.
Им.
Девочкам.
Мира повернулась к ней.
Теперь знак вокруг девочки светился так ярко, что синий цвет платья стал почти ночным небом.
— Осталось выбрать попечительницу, — сказала Мира.
Вейр резко произнёс:
— Нет.
Но слово уже ничего не остановило.
Мира подошла к Вионе.
Каждый её шаг оставлял на чёрном полу тонкий серебряный след. Девочки расступились. Каэл тоже сделал шаг назад.
И от этого у Вионы вдруг сжалось горло.
Он не встал между ними.