Я торопливо кивнула, чувствуя странную неловкость под пристальным взглядом зеленых глаз. Не верилось, что такой альфа.. молодой, сильный остался без поддержки государства и оказался на улице. Обычно альф забирали с руками и ногами, устраивали на работу, давали жилье. Что же должно было случиться?
Я собрала паек, стараясь, чтобы руки не дрожали, и протянула мужчине.
— Держи.
Перехватывая пакет, он неожиданно коснулся пальцами моей руки. Его кожа была сухой и горячей, шершавой, словно наждак. От этого прикосновения я вздрогнула, словно от разряда тока, и резко отдернула руку.
Аргон поднял голову. Наши взгляды встретились. В его зеленых глазах плескался странный интерес. Но я скорее всего что-то путаю.
— Спасибо, — хрипло произнёс и голос у него был сорванный, глухой, словно он давно не говорил.
Мерей подхватил своего друга под локоть, заметив, как тот на меня смотрит.
— Ну, мы пойдём, — быстро сказал он, бросив на Аргона строгий, предостерегающий взгляд, от чего тот сразу же отпустил мою руку и отступил.
Я смотрела им вслед, прижимая к груди пакет с возвращенной сумкой. Этот парень все же был очень странным.
Глава 24. Пожар
— Юна, ты сегодня огромная молодец! И остальные ребята, вы тоже очень классно постарались, я вами горжусь, — голос Ролана звучал тепло и я почувствовала, как внутри разливается приятная усталость, смешанная с чувством выполненного долга.
Многие уже разошлись по своим делам но я еще парочка молодых ребят остались. Они были школьники и их скоро должны были забрать родители. Мы сидели в кафе. Время уже было позднее, за окнами сгущались синие сумерки, а Ролан, этот удивительный человек, налил нам всем вкусный чай и собственноручно порезал пирог.
Пышный, ароматный, он сказал, что его готовила жена, и от одного запаха домашней выпечки у меня защипало в носу, потому что это был точно такой же пирог с вареньем, какой я пекла у себя. Обычный, простой, но в этой простоте было столько любви..
Пример Ролана вообще меня вдохновлял.
Этот альфа занимался волонтерством практически на собственные деньги, вкладывая душу в то, что другие считали безнадежным, ведь государство давало ему лишь небольшую субсидию один раз в месяц, которой едва хватало на оплату электричества.
У него была своя семья. Молодая жена-омега и маленький ребёнок, а ещё это кафе, где он занимался кроликами. За свои же деньги покупал корма, просто потому что не мог иначе. Он был очень добрым мужчиной. Одним из тех редких альф, которые используют свою силу для защиты, а не для разрушения.
Я один раз видела его омегу, и по ним обоим сразу было видно. Между ними не просто связь, а еще и очень крепкие и теплые чувства.
Пока она не была беременна, как рассказывал Ролан, она всегда помогала ему здесь, на раздаче, но беременность далась ей очень тяжело. Буквально вытянув все силы, а потом ребёнок родился — крошечная девочка, омега. Ген пробудился рано и это сильно ударило по малышке.
Ролан в дочке души не чаял, и я знала, почему он так стремится помогать другим, почему не проходит мимо чужой беды. Всё дело было в том, что Ролан сам вырос на улице. И до момента, пока не пробудился его ген альфы, сделав его «ценным ресурсом», государству было на него плевать, из-за чего он едва не погиб от голода и холода. Именно это, по его словам, сподвигло его начать помогать другим. Тем, кто ещё не нашел свою опору.
— Юна, тебе я уже вызвал такси, — проговорил мужчина, вырывая меня из раздумий, и похлопал ладонью по плечу, словно старший брат.
— Не стоило, Ролан, я доберусь сама, — попыталась я возразить, хотя ноги уже почти не слушались от усталости.
— Куда ты там доберёшься? — нахмурился он, и в его голосе прорезались строгие нотки. — Время позднее, транспорт уже почти не ходит, а пешком я тебя не отпущу. Мало ли придурков всяких на улице сейчас, особенно в это время.
Я только пожала плечами, понимая, что спорить с ним бесполезно. Если Ролан что-то решил, он это сделает. И в этот момент в кармане зажужжал телефон. Достав его, я обомлела, увидев сообщение от Кисе. Сердце почему-то пропустило удар, предчувствуя недоброе.
«Юна, привет! Мне сейчас позвонил комендант. Срочно беги в общежитие!»
Я нахмурилась, быстро печатая ответ, но как только сообщение было доставлено, девушка тут же мне позвонила.
— Кис, привет! Ты где пропадала? Я же переживала за тебя! — выпалила, прижимая трубку к уху.
— Юна.. меня родители увезли за город и.. ну ты знаешь, омежьи дела, будь они неладны начались неожиданно, — голос подруги был слабым, каким-то безжизненным. — Думала, богу душу отдам, ужас-ужасный был. Вот сейчас под капельницей лежу. Скоро выпишут уже, но я-то..
— В смысле? Ты что, в больнице?! — я вскочила со стула, едва не опрокинув чашку с чаем, и выбежала из кафе на холодный воздух. — Ты почему мне не сказала? Я бы хоть приехала к тебе!
Поверить не могла, что течка Кисе прошла настолько плохо, что её пришлось госпитализировать, и от этой мысли внутри всё сжалось от жалости и тревоги за подругу.