Раздеваясь прямо посреди комнаты. Пижаму искать сил совершенно не осталось. Оставшись в топике и трусиках, я на ощупь прошла к кровати. С блаженством повалилась на неё, чувствуя, как всё тело расслабилось, как напряжение начало отпускать.
Но в следующую секунду я закричала от страха так громко, что, если бы не твёрдая рука, закрывшая мне рот, я бы перебудила всех на этом чёртовом этаже. Всех и каждого.
Потому что на кровати кто-то был. Кто-то очень большой. Меня прижало к сильному и очень горячему телу, из-за чего секундный ступор отступил так же быстро, как и навалился на плечи.
Я начала вырываться, царапаться и выворачиваться так сильно и так безуспешно, что проморгала момент, когда рука со рта поползла вниз, под край майки, к груди. Паника захлестнула с новой силой, потому что я не понимала, кто это, что происходит, и почему я такая идиотка, что не проверила комнату, прежде чем лечь.
— Не надо! Не трогай меня, пожалуйста! К-кто ты?! — выдохнула, пытаясь скинуть руку с груди.
И мужчина замер, но руку не убрал. Я попыталась рвануть с кровати, но меня держали крепко. Железной хваткой. От страха и усталости почти не соображала, мысли метались, как загнанные животные, и я не знала, что мне делать.
— Вот что могло случиться с тобой в любой подворотне ночью. Идиотка, — голос Каина прорезал тишину комнаты и ударил по моим нервам. Я замерла, не веря собственным ушам, потому что это был чёртов Деза, а это значило, что он проник в мою комнату. Ждал меня здесь, в темноте.
— Какого чёрта ты тут делаешь?! — я начала отталкивать его, но он не отпускал, более того, провёл носом по моей шее, по волосам, вдыхая запах, и фыркнул, будто нашёл что-то неприятное.
— От тебя пахнет горящими досками. Где ты была? — спросил, всё так же удерживая меня рядом с собой. Рука на моей талии сжалась сильнее и я зашипела от легкой боли. Синяк останется от его лапищи.
— Я домой.. Домой пошла, — выдавила, стараясь не двигаться, потому что каждое движение заставляло меня ещё сильнее ощущать его близость. Теперь, когда паника стала слабее и не кричала во всем теле, я, наконец, почувствовала его запах. Парфюм вперемешку с сигаретами и чем-то ещё, чего я не могла определить. Запах был легкий и не понятный.
— Фиоре, ты совсем дура? Я спросил тебя, где ты, чёрт побери, была? Твои родители не живут в том доме. Я там был, и тебя там не было, — в его голосе прозвучало что-то похожее на злость. Такую сильную, что я уже понимала. Он уничтожит меня за то, что я сбежала. Прямо сейчас.
— Я была около соседнего дома. Я замёрзла, пока шла, а там бочка горела, и я стояла грелась.. — объяснила тихо, и почему-то мне стало стыдно, будто оправдывалась за что-то, хотя не должна была.
Деза тяжело выдохнул и отпустил меня, и я тут же соскочила с кровати, подбежала к выключателю, врубила свет и посмотрела на него.
Он сидел на покрывале, и вид у него был растрёпанный. И я, похоже, сильно ошибалась, когда думала, что он зол. Он был в гневе. Волосы были в легком беспорядке, рубашка была измята, а глаза.. Господи, глаза были тёмными, почти чёрными от ярости.
Каин прошёлся взглядом по мне, медленно, оценивающе, и я тут же осознала, что стою перед ним в одном топике и трусиках, из-за чего почувствовала, как по щекам расползается предательский румянец.
— Не смотри! — и тут же подбежала к шкафу, достала там первую попавшуюся огромную футболку, натянула её на себя. Она прикрыла меня практически до колен.
Вот только от этого его взгляд стал злее, и он встал с кровати и медленно подошёл ко мне. А я начала отступать к шкафу, пока не уперлась в него спиной, так что ручка больно уколола меня в позвоночник. Отступать было больше некуда.
— Чья это футболка, Фиоре? — Каин наклонился ко мне, заглядывая в глаза, и я вздрогнула. В голосе прозвучало что-то опасное, собственническое, из-за чего внутри всё сжалось.
— Моя, тут только мои вещи. Ну в смысле в этой стороне шкафа. У Кисе вещи в другой стороне..— ответила, не понимая, почему он задаёт мне этот вопрос, ведь какая разница, чья футболка? Девочки часто меняются вещами.
Каин секунду смотрел на меня пристально. Словно не веря, что это действительно моя вещь. Но у кого бы я её еще взяла? У брата только если или у сестры. Но там мне и старых вещей не отдадут, они ими пол моют.
— Ты знаешь, что с тобой будет за то, что ты ослушалась меня? — он наклонился ближе, касаясь дыханием моего лица. Нависая надо мной. Давя своей аурой так, что у меня ноги затряслись в попытке устоять и не рухнуть ему в ноги.
Не знала я, что со мной будет, и знать не хотела. Я вообще предпочла бы, чтобы он исчез из моей комнаты, желательно из моей жизни, со своими замашками и угрозами.
— Ничего? Я ни в чём не виновата, — попыталась я защититься, но голос прозвучал неуверенно. Дрогнул на последнем слове.