Но надеялась. По-глупому, по-детски надеялась, что он забудет. Что у него найдутся дела поважнее, чем преследовать непокорную омегу, посмевшую ослушаться.
Как же я ошибалась.
И вот сейчас я стою перед ним в этом дурацком костюме горничной. Чёрное платье с белым передником, которое делало меня похожей на персонажа дешёвого фильма для взрослых. Короткая юбка едва прикрывала бёдра, а вырез был настолько глубоким, что я весь первый день работы пыталась натянуть ткань повыше.
Каин молчал. Его друзья переглядывались, явно ждали, когда он заговорит первым. Аура, исходящая от него, была настолько плотной и давящей, что воздух вокруг стола казался вязким. Я чувствовала её кожей. Она ложилась на плечи свинцовым гнётом, вдавливая меня в пол.
— Виски, — произнёс один из его друзей, обводя меня взглядом с ног до головы.
Оценивающий, липкий взгляд скользнул по моим ногам, задержался на вырезе, поднялся к лицу. Я почувствовала, как щёки вспыхивают от унижения. Но хуже всего было то, что в ту же секунду аура Каина стала ещё плотнее. Воздух буквально затрещал от напряжения. Температура вокруг стола упала на несколько градусов, и я поёжилась, хотя в баре было душно.
— А вы? — выдавила я, поворачиваясь к остальным.
Мой голос звучал чужим. Слишком высоким, слишком напряжённым. Я старалась не смотреть на Деза, но это было всё равно что пытаться не замечать пожар в комнате, где находишься.
Остальные сделали свои заказы. Голоса сливались в неразборчивый гул. Я механически записывала, не понимая, что пишу. Буквы расползались по странице кривыми линиями.
Когда я закончила записывать, я не выдержала. Бросила на него быстрый взгляд. Ошибка. Огромная, непростительная ошибка.
Его глаза были прикованы ко мне. В них плескалось что-то тёмное, опасное. Ярость. Смешанная с чем-то ещё. Более разрывающим. Что-то собственническое и первобытное, от чего инстинкты взвыли внутри меня, требуя подчинения.
Я дёрнулась, разворачиваясь на каблуках, и почти бегом устремилась на кухню.
Сердце колотилось так бешено, что, казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди и убежит без меня. Руки тряслись так сильно, что я еле передала заказ девочке за баром. Она что-то спросила, но я не услышала. В ушах стоял гул, как будто я нырнула на глубину и всплыла слишком резко.
Какого чёрта он здесь? Мысли метались в панике, сбивались в кучу, путались, не давая нормально дышать. Какого чёрта он пришёл сюда? Следил за мной? Или это просто чудовищное совпадение?
Но я не верила в совпадения. Не с ним.
Остаток вечера я провела в мучительном ожидании. Каждый раз, когда приходилось подходить к их столику, я чувствовала себя приговорённой, идущей на эшафот. Каин молчал. Не заказывал больше ничего. Просто сидел, откинувшись на спинку дивана, и смотрел. Только смотрел.
Это было хуже любых слов. Он был худшим, что со мной случалось в жизни. Я чувствовала это каждой частичкой своей души. Он пришел сюда специально. И сегодня я даже не знаю каким богам молитвы всю смену буду читать, что бы меня миновала буря его гнева.
Его друзья делали ещё несколько заказов. Я приносила напитки, закуски, старалась не смотреть в его сторону. Но ощущала. Каждую секунду его взгляд на себе. Он выжигал дыры в моей коже, оставлял ожоги, которые будут болеть ещё долго после того, как я уйду отсюда.
Если, конечно, мне дадут уйти.
Ближе к закрытию я почти выдохнула. Почти поверила, что он просто уйдёт. Что это была демонстрация силы, напоминание о том, кто здесь главный, и на этом всё закончится.
Я решила пойти переодеваться пораньше, пока ещё оставались другие официантки. Сегодня вышла еще одна девочка и было немного легче. Бросила последний взгляд на их столик и выдохнула. Пусто. Они ушли.
Облегчение накрыло волной, такой мощной, что колени подкосились. Я прислонилась к стене, закрыла глаза, позволяя себе на секунду расслабиться.
Рано.
Рядом с раздевалкой стоял он.
Хозяин бара.
Альфа средних лет, может, под сорок. Я бы не сказала, что он был совсем неприятным внешне. Но что-то в нём вызывало отвращение. Может, то, как он смотрел. Может, как облизывал губы, когда думал, что я не вижу. Может, просто чутьё, которое кричало и выло, чтобы я держалась от него подальше. Оно меня никогда не подводило.
Я выросла в бедном районе и порой смотря на прилично одетых людей чувствовала тревогу, а бездомные чаще не вызывали у меня чувства опасности.
— Юна, мне нравится, как ты расторопно работаешь, — начал он, преграждая мне путь.
Не смотря на сказанное его голос был недовольным, и это сразу насторожило. Я остановилась в нескольких шагах, инстинктивно держа дистанцию.
— Но давай договоримся о том, что ты не будешь флиртовать с клиентами этого бара.
Я моргнула, не понимая.
— Но я ни с кем не флиртовала..
Искренне не понимала, о чём он. Весь вечер я только и делала, что пыталась стать невидимкой. Выполняла свою работу, не поднимая глаз, не встречаясь ни с кем взглядом.