Его свободная рука скользнула ниже, он оторвался от моей груди только для того, чтобы одним рывком стянуть с меня и спортивные нтаны и бельё одновременно.
Я инстинктивно попыталась свести колени, но он жёстко развёл мои бёдра в стороны, устраиваясь между ними.
— Не смей прятаться от меня, — прорычал он. — Никогда. Ты моя. И я буду смотреть на тебя столько, сколько захочу.
Он откинулся назад и просто смотрел. Его взгляд медленно скользил по моему телу от разгорячённого лица, по шее, груди, животу, вниз. И от этого взгляда, тяжёлого, оценивающего, собственнического, я чувствовала себя полностью открытой, беззащитной.
— Каин.. — выдохнула я.
— Тихо, — оборвал он, и его руки легли на мои колени, начали медленно скользить вверх по внутренней стороне бёдер, оставляя обжигающий след. — Ты будешь молчать, пока я тебя не спрошу. Понятно?
Я кивнула, прикусив губу.
— Словами, Юна.
— Да, — выдохнула я. — Понятно.
— Хорошая девочка.
Его пальцы медленно прочертили линию от пупка и ниже, туда, где все горело огнем. Касание словно крыло бабочки проскользнуло между моих бёдер. Провел по влажным складкам, и я непроизвольно вскрикнула, дёрнувшись. Он усмехнулся. Тёмно, хищно.
— Уже так мокрая для меня, — прорычал пока его пальцы кружили, дразнили. — И я даже толком не начинал.
Его пальцы скользнули внутрь. Сначала один, потом второй. Каин дрожал, глубоко вдыхая запах с моей шеи и его пальцы начали двигаться во мне. Глубоко и медленно. И мне было некомфортно, непривычно, но не больно. Пока он не проник довольно глубоко и найдя какую-то точку надавил вместе с тем, его большой палец нашёл чувствительный бугорок и начал медленно кружить, а внутри начало накапливаться что-то горячее, пульсирующее.
— Каин.. пожалуйста.. — простонала я чувствуя жар внутри всего тела как он опускается ниже. Сгущается.
— Что желает моя омега..? — его голос был полон тёмного удовольствия. — Говори ясно. Чего ты хочешь?
— Я.. я не знаю.. — призналась я, извиваясь. Чувствуя, как становится все жарче внутри. как моё тело жаждет большего.
— Тогда я решу за тебя.
Он убрал пальцы, и я была готова захныкать от ощущения пустоты.. Но он не заставил ждать. Я услышала шорох ткани, звук расстёгиваемого ремня. Подняла голову и увидела, как он стаскивает с себя рубашку, потом расстёгивает брюки. Каждый звук отдавался по нервам скрежетом стекла.
Но стоило мне увидеть его.. То, как лучи закатного солнца багровым светом легли на его плечи и очертили татуировки похожие на черное пламя, расплывающееся по коже.. как его радужка на миг окрасилась алым делая его больше похожим на бога войны, а не на человека.. Меня затрясло. А когда он стянул брюки и бельё..
Страх вернулся холодной волной. Он был огромным. Слишком огромным. Твёрдым, налитым.Этоникогда не поместится.
— Не бойся, — прорычал он, снова устраиваясь между моих бёдер, прижимаясь своим телом к моему. Я почувствовала его горячую, твёрдую плоть, между нами, как она давит на мой живот. — Ты создана для того, чтобы принимать меня. Твоё тело знает это, даже если твой разум ещё боится.
Он направил головку и надавил. Я почувствовала, как он начинает входить, медленно, но неумолимо, преодолевая сопротивление. Слишком много.
— Дыши, — прорычал он, целуя мою шею, ключицы. — Просто дыши и расслабься.
Он продолжал входить, сантиметр за сантиметром, и я чувствовала каждый миллиметр, как он растягивает меня изнутри, заполняет до предела.
— Больно.. — выдохнула, зажмурившись, цепляясь ногтями в его спину.
Он вошёл глубже, и внезапно я почувствовала острую, пронзительную боль. Что-то внутри поддалось и слёзы выступили на глазах.
Каин замер, полностью войдя, не двигаясь. Его тело было напряжено, и я чувствовала, как дрожат его мышцы от усилия сдерживаться. Его лоб прижался к моему, дыхание рвалось тяжёлыми толчками.
— Всё.. Теперь ты вся моя, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — Просто дыши. Привыкай.
Я лежала под ним, тяжело дыша, чувствуя, как острая боль утихает, превращаясь во что-то другое. Чувство невероятной наполненности. Близости. Соединения.
— Можешь.. можешь двигаться, — прошептала я наконец.
И это было ошибкой.
Потому что что-то в его глазах изменилось мгновенно. Последние остатки контроля испарились. Его зрачки расширились ещё больше, поглотив весь цвет, оставив только абсолютную черноту.
Его клыки удлинились, обнажились в хищном оскале.
Гон накрыл его полностью.
— Моя девочка хочет продолжить.. — прорычал он, и это был уже не человеческий голос. — Это хорошо, потому что я больше не остановлюсь.
Он вышел почти полностью, и я едва успела вдохнуть, как он вошёл обратно одним жёстким, глубоким толчком, выбивая весь воздух из лёгких.
И начал двигаться.