Мы продолжаем бродить по улочкам, наслаждаясь атмосферой Венеции. Потом катаемся на гондоле по узким каналам, слушая песни гондольера. Венеция околдовывает нас своей красотой и романтикой.
– Зачем же мне бояться худших бед, когда мне смертью меньшая грозит?– произношу я, когда мы выбираемся из гондолы. Прижимаю Нику к себе и осыпаю её лицо поцелуями.
Купив по мороженому, мы продолжаем прогулку, наслаждаясь каждым мгновением. Мы идём по извилистым улочкам, переходя через небольшие мостики, любуемся разноцветными домами вдоль канала.
– И у меня зависимости нет от прихотей твоих или обид, – продолжал я шептать ей на ухо.
Вскоре мы вышли к площади Святого Марка, где бурлила жизнь. Туристы со всего мира толпились вокруг, фотографировали голубей и архитектуру.
Внезапно Ника резко останавливается и поворачивается ко мне, приоткрыв ротик.
– Это же Шекспир, – осеняет её. Она обнимает меня за шею, весело смеясь.
Ты от меня не можешь ускользнуть.
Моей ты будешь до последних дней.
С любовью связан жизненный мой путь,
И кончиться он должен вместе с ней.
Зачем же мне бояться худших бед,
Когда мне смертью меньшая грозит?
И у меня зависимости нет
От прихотей твоих или обид. (Уильям Шекспир)
– Всю ночь учил, – признаюсь с улыбкой.
– А дальше? – отстраняется и с надеждой смотрит на меня.
– А дальше не про нас, – целую её в нос.
– Янковский, я и не думала, что ты можешь быть таким романтичным!
– Сам в шоке, – смеюсь, кружа Нику в своих объятьях. – Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю, – нежно целует меня в губы.
Ужин в заранее забронированном ресторане прошел в теплой и дружеской атмосфере. Мы обменивались впечатлениями о прошедшем дне, смеялись и шутили.
После ужина ребята предложили отправиться в один из баров, но мы с Никой отказались, сославшись на усталость. На самом деле, нам не хотелось тратить время на шумные компании, когда мы могли провести его вдвоем.
Мы вернулись в номер. Ника, загадочно улыбаясь, берёт свой пакет с покупками из магазина нижнего белья и исчезает в ванной, а я с нетерпением жду ее возвращения.
Когда Ника вышла, я не мог отвести взгляд. На ней был просвечивающийся комплект кружевного белья и черная маска.
Идеально!
Она медленно подходит ко мне и шепчет на ухо:
– Сегодня я полностью в твоём подчинении, – вытягивает ремень из шлёвок моих брюк.
Подхватив Нику на руки, я понес ее к кровати. Лунный свет, проникавший сквозь полупрозрачные занавеси, заливал комнату мягким серебристым сиянием, подчеркивая красоту ее обнаженного тела.
Уложив ее на шелковые простыни, я опустился рядом, не отрывая взгляда от ее глаз. В них горел огонь желания, такой же яркий и неукротимый, как и мой собственный.
Поцелуй мой жадный и страстный, в котором смешивается предвкушение ночи и неутолимая жажда обладания. Руки мои блуждают по изгибам ее тела, ощущая каждый выступ, каждую впадинку сквозь тончайшее кружево.
Ника отвечает на мои ласки с не меньшей горячностью, прижимаясь ко мне всем телом, словно желая слиться воедино.
Стоны и шепот, нежные касания и жаркие поцелуи – все смешалось в едином порыве, унося нас все дальше и дальше от реальности.
Глава 47_Ника
Три месяца спустя.
Стук в дверь заставляет оторвать взгляд от монитора.
– Войдите.
Дверь открывается, и в проёме моего кабинета появляется Ян с огромной корзиной красных роз.
– Привет, – подмигивает он, ставя корзину на диван.
– Мне уже некуда их ставить, – поднимаюсь и развожу руками. Кабинет заставлен цветами.
Дома тоже уже нет места, всё свободное пространство заполнено букетами. Ян каждый день балует меня цветами, подарками и свиданиями.
Я ныряю в объятия любимого мужчины.
– Сегодня особенный день, – прижимает меня крепче.
– И в чём его особенность? – задираю голову и смотрю на Яна.
– Сегодня я получил свидетельство о разводе, – улыбается широченной улыбкой.
Ян подал на развод сразу по возвращении из Италии. Добился запрета на приближение Марго к нашему сыну и ко мне.
Марго уволили с работы после возбуждения уголовного дела о разглашении конфиденциальной информации. Ей было запрещено заниматься предпринимательской деятельностью, и благодаря Логинову об этом нарушении узнали все. Прикрывать Марго и её отца уже никто не хотел. После скандала об аресте прокурора и судебного разбирательства с его дочерью в прокуратуре прошла чистка. Досталось всем, кто хоть как-то помогал им скрывать незаконную деятельность.
Марго с отцом сейчас под домашним арестом. Им грозит до шести лет тюрьмы и штраф в двойном размере от всего дохода в игорном бизнесе.
– Поздравляю, – обнимаю его за шею.
– Я теперь могу перевезти свои вещи? – приподнимает бровь.
– Даже не знаю, – дразню его.
– Я смотрю, тебе понравилось держать меня за одно место и крутить им как хочется.