– Доброе утро, – хором отвечают они.
Садимся рядом с Яном, и он забирает сына к себе на колени.
– Позавтракай спокойно. Я его покормлю.
Он притягивает тарелку с омлетом, подцепляет кусочек и аккуратно подносит ко рту сына. Я замираю, наблюдаю за ними, словно боюсь, что он может сделать что-то не так. Ян, заметив моё пристальное внимание, еле заметно качает головой.
Янис, тщательно прожёвывая, оглядывает всех присутствующих за столом. Заметив озорных близнецов Матвея и Макара, его лицо расплывается в улыбке.
– Девочки, предлагаю сегодня оставить детей с отцами, а самим пройтись по магазинам, – с энтузиазмом предлагает Соня.
– А нам с Мией ты предлагаешь просто отстегнуть животы? – смеётся Лина, поглаживая живот.
– Ваши драгоценные ноши придётся взять с собой, – хохочет Сонька. – Ника, ты как смотришь на это?
– Я не могу…
– Сходи, развеешься. Яниса вечером домой привезу в целости и сохранности, – говорит Ян.
– Даже не знаю, – растерянно смотрю на Яна.
– Ты мне не доверяешь?
– Доверяю. Но ты уверен, что хочешь остаться на целый день с двухлетним ребёнком?
– Ты думаешь, он мне надоест? – прищуривается.
– Я боюсь, что ты устанешь, – пожимаю плечами, чувствуя, как между нами нарастает напряжение.
– Устану и отдам как ненужную игрушку? – в его голосе проскальзывают нотки злости.
– Я не это имела ввиду! – возмущаюсь, и за столом повисает тишина.
– Уясни одну важную вещь! Ни мой сын, ни ты не можете мне надоесть. Даже если буду загибаться от усталости или от чего похуже, я от вас не откажусь.
– Как мило, – тянет Лина. – А я уже думала, ты вообще не способен на чувства.
За столом раздаются сдавленные смешки.
– Лина, мне кажется, ты разучилась держать язык за зубами, – Ян бросает на неё гневный взгляд.
– Есть такое, – пожимает плечами. – Мой старший брат, – тычет в него пальцем, – однажды сказал, что самое главное в любых отношениях – раз-го-ва-ри-ва-ть. Вот теперь не могу промолчать, мой язык так и рвётся донести мои мысли до окружающих, – наигранно вздыхает.
Ян, стиснув зубы, пытается взять себя в руки. Мне стало неловко, что из-за меня возникла такая напряженная ситуация. Я бросаю быстрый взгляд на Яниса, который, казалось, совершенно не замечает всеобщего напряжения и увлеченно играет с ложкой, стуча ею по столу.
– Ладно, уговорили, – внезапно говорю я, стараясь разрядить обстановку.
– Отлично! Тогда собираемся через час, – радостно сообщает Соня.
Я киваю и принимаюсь за завтрак, стараясь не смотреть на Яна. Я не хотела его обижать, но и оставлять его одного с Янисом на целый день казалось мне безответственным. Я знала, как он любит сына, но забота о маленьком ребенке – это не только радость, но и огромный труд.
После завтрака я поднимаюсь в комнату и быстро принимаю душ.
– Хорошо, что взяла с собой новый сарафан, – ворчу я, доставая его и чистое нижнее бельё из сумки.
Откидываю полотенце и надеваю белые хлопковые трусики.
– Очень сексуально, – слышу за спиной хрипловатый голос.
Резко оборачиваюсь и инстинктивно прикрываю грудь рукой.
– Выйди!
– Не могу, – Ян крадётся, словно хищник.
– Тогда хотя бы отвернись. Мне нужно одеться.
– Зачем? Я и так уже всё видел, – подходит вплотную и прижимается ко мне всем телом.
Я чувствую его возбуждение, и по телу разливается волна жара. Пытаюсь отстраниться, но Ян притягивает меня обратно за талию.
– Перестань, – говорю осипшим голосом и делаю шаг в сторону.
Ян, не говоря ни слова, подхватывает меня за талию и опрокидывает на кровать.
– Что ты творишь?
– Я только поцелую, – шепчет, нависая надо мной.
– Нет!
– Да! – он склоняется и проводит губами по щеке до уголка губ. – Я хотел это сделать ещё при первой нашей встрече.
– Прекрати, – облизываю пересохшие губы, пытаюсь собраться с мыслями и противостоять нахлынувшей волне желания.
Он не слушает. Медленно наклоняется и целует меня в шею, обжигая кожу горячим дыханием, от которого по телу пробегают мурашки.
– Прекрати, – закрываю глаза, пытаясь сопротивляться соблазну, но его прикосновения слишком сильно отзываются во мне, пробуждая давно забытые чувства.
– Не могу, – коленом раздвигает мои ноги и протискивается между ними.
Когда он имитирует толчок, я издаю невольный стон, заставляя кровь прилить к лицу. Уголок его губы ползёт вверх в самодовольной усмешке. Стараюсь дышать ровно, но моё трёхлетнее воздержание даёт о себе знать, пробуждая бурю эмоций.
– Ой, простите, – до ушей доносится голос Мии, а затем раздаётся хлопок двери.
Отпихиваю Яна и хватаю лежащее рядом полотенце. Судорожно прикрываюсь им и вскакиваю с кровати.
– Весь кайф обломали, – Ян хватается за бугор в штанах и сжимает его, морщась от боли.