Арман и Аймер кивнули и вернулись к своему занятию — лепке куличиков, а я с тяжёлым сердцем и нехорошим предчувствием пошла к алькаду. Главе города Вингард, который возомнил себя чуть ли не повелителем всего феода.
Так получилось, что магией я практически не занималась, не осваивала ее. Поначалу не хотела рисковать детьми, а потом полностью погрузилась в заботу о них и созданию детского сада для бедняков.
Эрл не настаивал. Он вообще ни о чем меня не расспрашивал, но, кажется, понял, что я не такая, как все. Может, даже увидел, что я из другого мира, не знаю. Сама я боялась заводить об этом разговор, а потом это как-то позабылось.
Лишь в последние дни он вновь заговорил о том, что надо учиться ей пользоваться.
Начинали мы с малого, с ускорения роста растений. Практиковалась я по вечерам, когда город уже спал и никто не мог увидеть, чем мы занимаемся.
Нельзя, чтобы люди знали о моей магии. Донесут алькаду или стражникам, а те церемониться не станут — заблокируют. И мальчиков моих проверять начнут, а этого нельзя было допустить. К тому же, Эрл говорил, что по этой магии меня могут обнаружить…
Я так и не смогла добиться от Элра внятного рассказа об Асдоре, но прочитала о нем в одной книге, коих в доме оказалось предостаточно.
Асдор — это древнее государство, где жили маги, способные управлять самыми разными стихиями: повелевать грозой и молнией, нагонять тучи, обрушивать дождь и снег, воздвигать горы и пускать реки по новому руслу.
Люди поклонялись асдорцам как богам, просили у них помощи при засухе или наводнениях, приносили дары. Но в один момент асдорцы зазнались и стали просить непомерную плату за свою помощь. Люди взмолились небу, и небо их услышало — послало драконов, которые смогли победить древних магов, истребить их полностью и возглавить Крассию, подарив ей мир и процветание.
А еще переименовали этот край в Арканасс, чтобы точно начать историю с чистого листа.
Там также писалось, что Асдор — это легенда, вымысел. Сказка, которую читают детям, показывая, что может случиться, если зазнаваться и пользоваться магией бездумно.
Я спрашивала подробности у Эрла, но он лишь отмахивался, говоря, что не время еще для рассказа.
Что же, не время так не время. Подожду. Сейчас и без Асдора хлопот хватало.
Я шла по мощеным улочкам к дому алькада Бенедикта.
Хоть у него и было официальное место «работы» в местном парламенте, принимать он любил у себя в доме. Видимо, чтобы сразу показать, какой он богатый, зазнавшийся и «радушный» хозяин города.
Дом его был действительно богатым. Настоящий замок в миниатюре, отделанный белым дарусским мрамором, золотом и диковинными цветами.
Сам алькад был… внушительным. Вернее, с внушительным пузом, которое не могла скрыть ни одна одежда. Вторым подбородком и мелкими поросячьими глазками.
Неприятный тип во всех отношениях.
А еще он очень любил взятки, об этом знали все в Вингарде. Но большинство горожан это устраивало, особенно когда нужно было получить разрешение на какую-нибудь незаконную сделку или закрытие мешающей «честной торговле» лавки.
Я думала, что алькад и мне начнет намекать на взятку, но ошиблась. Намекал он на другое.
Едва я перешагнула порог его дома, как ощутила на себе липкий взгляд этого недочеловека. Бенедикт. Даже имя его звучало как насмешка, ведь ни о каком благословении тут и речи быть не могло. Он меня встретил, проводил в комнату, служившую ему кабинетом.
— Елизавета, дорогая, присаживайся, — его голос был противным, тягучим, словно патока. От одного его вида меня начинало мутить.
Я с трудом подавила дрожь отвращения и села на предложенный стул. Мой любимый детский сад, дело всей моей жизни, был под угрозой из-за таких вот… людей.
Он даже магией не владел, по слухам.
— Ты знаешь, Елизавета, — он начал, вальяжно откинувшись на спинку кресла, — поступили жалобы на твое заведение. Говорят, шум, гам, дети бегают… Непорядок.
«Непорядок — это ты, Бенедикт, и вся твоя гнилая система!» — хотелось мне выкрикнуть. Но я сдержалась. Пока.
— Мой детский сад — лучшее место в городе для бедных детей, — спокойно ответила я, стараясь не выдать кипящую внутри злость. — Они там учатся, играют, развиваются. И, да, они шумят. Это же дети!
Бенедикт хмыкнул и сложил руки на своем необъятном животе.
— Все это лирика. Есть определенные правила, нормы. И, к сожалению, твой… детский сад им не соответствует.
Я чувствовала, как гнев поднимается во мне волной. Все эти годы я работала не покладая рук, чтобы создать это место, чтобы дать детям из простых, небогатых шанс на счастливое детство. И вот, этот… этот паразит хочет все разрушить!
— Да и где это видано, чтобы бедняки отдавали детей в такие заведения? Я не слышал о подобном ни в одном другом городе. Откуда тебе пришла в голову такая… абсурдная мысль? Место для детей бедняков, — он рассмеялся. — Лучше бы аристократ принимала, тогда и проблем бы не было.
Ну да, они бы давали взятки мне, а я отдавала бы их Бенедикту. Красота.
— И что вы предлагаете? — с вызовом спросила я, глядя ему прямо в глаза.