— Я надеюсь, мы не на какую-нибудь яхту идём? — держа Марата за руку, я быстро шла за ним на высоких каблуках, придерживая подол невероятно изысканного, облегающего белого платья.

— Нет, — усмехнулся он и вывел меня на большое поле, где стоял вертолет. — Я же помню, что ты боишься воды. А вот про высоту, вроде, разговоров не было.

— Куда мы, Марат? — отступив на шаг назад, я испуганно потянула мужа за собой. После всего, что произошло, у меня появилась повышенная тревожность, которую мы постоянно прорабатывали с психологом, но которая, время от времени, “поднимала голову”.

— Я рядом, — улыбнулся он. — Мы вместе. Разве этой информации тебе мало?

— Это сюрприз? — выдохнула я обречённо.

— Сюрприз, — улыбнулся Марат и снова потянул меня к вертолету.

Мы летели над ночной Москвой и я, завороженная ее красотой, почти забыла о страхе.

Я сидела рядом с любимым и самым лучшим на свете мужчиной, который старался сделать все, чтобы доказать мне, что я — самая лучшая и любимая на свете женщина для него.

Покружив над городом, вертолет приземлился в аэропорту, где мы пересели в частный самолет и практически тут же взлетели.

Я сидела в объятиях супруга и, прикрыв глаза, расслабленно смотрела в окно из-под ресниц.

Мы вылетели без багажа, в свадебных костюмах и я даже не знала, где мои документы.

Но меня все это совершенно не волновало, ведь я точно была уверена, что мой муж способен решить любую проблему. И это было очень приятно.

Отныне я старалась реже контролировать те вопросы, которые не требовали моего активного участия, и не вмешиваться в решения Марата. Встревала только в том случае, если это касалось его здоровья или нашего быта.

Потому что мы оба — фанатики и трудоголики. И если я не буду контролировать график своего мужа, то в будущем мы будем пересекаться только под утро. А я не готова этого допустить. Потому что я хочу, чтобы мой супруг спал со мной в одной кровати, завтракал и, пусть поздно, но и ужинал со мной ежедневно, и чтобы я, а не звонок с работы, будила его в выходные страстными поцелуями или другими приятными нежностями.

— Марта, мы прилетели, — услышав негромкий голос, я проснулась и села удобнее.

На улице уже было светло. Когда вышли из самолета, тут же попали в какие-то тропики.

— Где мы? — уточнила я, щурясь от яркого солнца.

— Мальдивы, — улыбнулся Марат. — Будем неделю в полном одиночестве. Тут есть такие уединенные местечки, что нас с тобой никто не побеспокоит. Как тебе моя идея?

— Отличная идея, — я прильнула к мужу, телом давая понять, что очень, очень хочу остаться с ним наедине и его тело тут же считало мой посыл и бурно отреагировало на него.

Марату совсем недавно сняли ограничения на привычный образ жизни и мы еще не успели наверстать упущенное, но мое беременное либидо очень настойчиво требовало пуститься, наконец, во все тяжкие.

Чем мы тут же и занялись по приезду на свой маленький персональный остров.

— Тебе нравятся такие сюрпризы? — улыбнулся Марат, зацеловывая меня с головы до пальчиков на ногах.

— Очень, — подавшись ему навстречу, я обвила руками мощную шею и притянула мужа к себе, шепотом лаская его губы. — Особенно, когда рядом ты и больше никого нет. Я бы не отказалась променять суету любимого города на бунгало, лишь бы видеть тебя чаще, а не вырывать с боем из лап работы.

— Я обещаю тебе, что у нас обязательно будет такое убежище. — Марат говорил серьезно, но смотрел мне в глаза с весельем, нежностью и любовью, я а, казалось, проваливалась в бескрайний темный космос. — Только миллиардов подкопим. А то Мальдивы, наверное, не дешево стоят. Или обойдемся каким-нибудь островом отечественного производства?

— Очень смешно, — утнулась я в его шею, обнимая как можно крепче. — Знаешь, можно и без миллиардов, и без домика, и уж тем более без островов… Просто будь рядом, пожалуйста.

Постскриптум

— Обратно мама за штурвалом, — подхватываю Марту на руки и быстро несу ее по палубе. — У нашей яхты будет самый красивый капитан!

Жена звонко смеется, незаметно поглаживая меня так, что я начинаю с предвкушением ждать обеденный сон детей. Садится за штурвал, заводит двигатель и плавно трогается, быстро набирая скорость.

Я слежу за тем, как сын играет в машинки возле ползающих по пледу младших сестер и что-то им рассказывает.

Кириллу пять лет, но он уже умеет хорошо читать, считать и делать интересные умозаключения, чем вселяет в меня робкую надежду на то, что ему тоже будет интересно заниматься космическими разработками. Сын — моя гордость и безграничная любовь.

После его рождения Марта окончательно расцвела. Будто по волшебству, она стала совершенно безмятежной и спокойной, прекратив нервничать и грузиться по малейшему поводу. Вместо этого она восторженно делилась достижениями сына, когда я возвращался с работы, показывала мне видео и фото.