Выключаю телефон и Вика меня дергает.
— Какое второе мороженое?
— То, что я сейчас закажу, — не медлю и прошу официанта дать мне добавку.
Максим постоянно меня врасплох застаёт. Откуда я знала, что он наблюдает? И неужели правду сказал, что во мне всё нравится… Переспрашивать не буду. Но и раньше не выйду, пусть и дальше любуется.
***
Спустя несколько часов после фотосессии мои щеки всё еще горят. Стоит вспомнить, как приходилось парочку изображать для снимков, аж дурно становится.
Я только и слышала от фотографа: «Диана, ты сильно зажата. Покажи, как ты любишь своего жениха». Обалдеть с такими просьбами можно. В итоге, из-за меня приходилось много дублей переснимать.
Зато к Максиму ноль претензий. Сплошная похвала от фотографа. Он лез обниматься, словно рукам его место на мне. Два часа провести с Максимом глаза в глаза, трогать и корчить влюбленную… Еду и думаю, чего бы такого напиться от счастья. Забыть красавчика босса все равно не смогу.
По дороге домой Максим успокаивает меня, что не всем же быть фотогеничными. Кому-то надо и простыми людьми быть.
Ну вы посмотрите на нахала!
Да, мне редко с фотками везёт, но это я плохо стараюсь. А захотела бы, тогда…
— Твою мать, — ругается Максим, когда мы подъезжаем к воротам.
— Что? Я молчала вообще-то.
В последнюю минуту точно. Думала, как фиктивному жениху культурно намекнуть, что его корона потолок пробила.
— Это я не тебе, — не глядя на меня, говорит, и голос почему-то напряжённый. — Диана, сиди в машине и не выходи. Жди меня.
— Ладно, — откидываюсь на спинку кресла, спокойно наблюдая, куда он пойдет.
А идёт Максим недалеко. Вернее, почти никуда и не требуется.
Мы еще, когда только подъехали, я заметила красивую брюнетку. Ну сложно было ее не разглядеть. В стильном костюмчике красного цвета, она тут, как роза, посреди поля стояла. Такой красотке и позировать бы не пришлось специально для фото, во всех ракурсах идеальная будет. Не то что некоторым, типа меня.
Мое спокойствие смывается в момент.
Брюнетистая роза налетает на Максима. Складывает ему руки на шее и лезет целоваться. Блин! Что делается, а?
Максим с ней разговаривает, она глазами хлопает. Я же ничего не слышу, столько пропускаю важного.
Пригибаюсь и вылезаю тихонько. Поближе к ним прячусь за другой машиной и прислушиваюсь. Вдруг это сестра, хотя откуда бы. И сестры так жадно не смотрят.
— Карина, не начинай, — успокаивающее звучит от босса.
— Ты же тогда не приехал, только обещаешь, — сладенько щебечет брюнетка, — Котик, ну мне плохо без тебя. Я же скучаю по своему лучшему мужчине на свете.
Для меня он вредный босс, а для нее, значит, лучший мужчина.
Вот так всегда, справедливость мимо меня пробегала.
Уже и по имени я догадалась, что это пожаловала любовница. Подслушивала их разговорчики, а потом представляла ее. В жестокой реальности Карина красивее. Я-то хотела ее жабой увидеть.
Вернуться в машину и ждать, пока целоваться начнут? Сейчас домой к нему на каблучищах поскачет, а я так и буду сидеть.
Как мне, Максим не дал самой разобраться с бывшим, налетел, разорался. Помогал он, видите ли. Значит, и я помогу, мне не жалко.
Выхожу из укрытия и к парочке приближаюсь.
— Дорогой, мы же шампанское забыли купить, — беру гада гулящего за руку и, «как будто» только замечаю брюнетку. — Здравствуйте. Вы к нам из мебельного салона?
— Чтоо? — брюнетка встаёт на дыбы.
— Передайте своим, что мы с женихом в другом месте купили большую кровать. В ваших услугах уже не нуждаемся, — на ее злющий оскал, отвечаю доброй улыбкой.
— Диана, я же… — начинает Максим.
Скорей перебиваю:
— Знаю, знаю, ты думаешь постоянно, как лучше сделать для нас.
Сжимаю крепче его ладонь, и показываю так, не уйду. Не надейся, мой милый.
— Ну знаете, ну, — брюнетка даже сразу сказать не может, захлёбывается словами при виде меня. — Максим, не ожидала от тебя! Сначала ее подобрал непонятно за что, а теперь еще и у себя поселил?!
— Кара, ты забываешься, — морщась, роняет герой-любовник, и тянет меня от нее.
— Попробуйте кровати в другом месте предлагать, вдруг и вам повезет, так как мне, — прощаюсь я со злобной брюнеткой.
Надеюсь, мой совет ей пригодится. После нашего фиктивного срока, пусть возвращается, сияет тут.
— И пока ты не начал орать, хочу напомнить… — главное, предупредить нападение. Первая берусь разбираться. — Стаса ты вообще вышвырнул на улицу с амбалами. Я твою брюнетку и пальцем не тронула.
— А хотела? — Максим изгибает бровь, поглядывая на мои попытки оправдаться.
— Пфф… Нет, конечно!