— Ну и чего ты пялишься? — складываю руки на груди, вопросительно приподнимаю бровь.

— У тебя в Праге другое лицо, более одухотворённое. И глаза сияют. Ты очень красивая, Майя.

— Типа до этого у меня было скучное лицо и потухшие глаза? — нарочно цепляюсь к его словам.

— Почти.

— Что? Да ты своё лицо видел? Совсем офигел!

— Тебя так легко вывести на эмоции, — довольно усмехается Яр.

— Да ну тебя. Я обиделась, — усердно хмурюсь, вскидываю подбородок и вспоминаю грустные моменты из недавно просмотренного сериала. Как он там назывался? Чёрт, почему я не помню?

Долго не выдерживаю, ещё пару секунд хмурюсь — а потом прыскаю со смеху. Мне порой не хватает наших с Яром препирательств, хочется его подразнить, раззадорить, но он никогда не воспринимает мои издёвки всерьёз.

Официантка приносит пиво, и я, вдоволь насмеявшись, делаю первый глоток. Насыщенный, бархатный, чуть горьковатый вкус, который не вызывает во мне отторжения. Пробую ещё раз. И ещё.

— Чёрт, а вкусно! Ты был прав. Совсем не похоже на то пиво, которое я пила раньше.

— Я тоже не большой поклонник пива, но в Чехии оно другое.

— Лучше, чем в Германии?

— Да.

Не успеваю спросить, в каких странах он ещё был, как нам приносят вепрево колено. И это жирнота в чистом виде. Аппетитная свиная рулька, маринованная в тёмном пиве, подаётся на небольшом вертеле, а к ней предлагают маринованный острый перец, квашеную капусту, солёные огурчики, горчицу и хрен.

— Это очень сытно, — откидываюсь на стуле, не осилив даже половины порции. — Но ничего вкуснее я ещё не ела. К чёрту устрицы, лобстеры, мраморную говядину и прочие деликатесы. Мне по душе вот такая обычная пища.

Ярослав тянется за бокалом пива, зелёные глаза задумчиво мерцают в полумраке ресторана. Я вижу, как напрягаются его плечи, а выражение лица становится нечитаемым. Ушёл в свои мысли. Такое с ним иногда бывает. Я улыбаюсь. Серьёзный мой мужчина. Интересно, о чём ты думаешь?

— У нас большая разница в возрасте, — говорит Яр ни с того ни с сего.

— Спасибо, Капитан Очевидность. Я знаю. Это ты к чему сейчас? Хмель в голову шибанул?

— Если меня что-то не устраивает, я привык об этом говорить. Иногда я замечаю, как ты намереваешься о чём-то спросить, но потом боязливо отводишь взгляд. Майя, в отношениях нужно быть честными друг с другом, не держать в себе недовольство или тревоги.

— Некоторые вопросы лучше не задавать, — двумя руками обхватываю прохладный бокал, смотрю на веселящихся за соседним столиком европейцев. — Почему ты решил именно сейчас об этом заговорить?

— Обстановка располагает. Задавай свой вопрос. Лучше знать правду, чем жить в вечных сомнениях.

Официантка уносит наши тарелки. Новый глоток пива увлажняет пересохшее горло. Кончики пальцев потеют, и привычная тревога спазмом окольцовывает внутренности. Всё правильно. Надо обсудить эту тему и навсегда её закрыть. Она ведь мучает меня, сомнения полосуют душу, не дают нормально наслаждаться жизнью.

— Помнишь, я настаивала на том, чтобы ты спал с другими женщинами, потому что не хочу заниматься с тобой сексом?

— Такое невозможно забыть, — морщится Яр.

— Да… Ты спутался с Маринкой, чтобы достучаться до меня, но это произошло спустя неделю или две после нашего разговора. Яр, я не имею права тебя обвинять, но не могу больше оставаться в неведении. Ты был с кем-то ещё? — нервно сглатываю и кусаю губы, стараясь держаться достойно. — Я пойму, если был… Я ведь сама тебя оттолкнула.

Идиотская ситуация. Сама настаивала на измене, сама отказалась от Яра, а теперь задаю ему глупые вопросы. Допустим, он трахался с кем-то, и что с того? Ревновать не имею права, обвинять уж тем более было бы верхом абсурда, так зачем мне знать о похождениях своего мужа? Неужели я хочу лишний раз наказать себя за то, что так скверно поступила с Яром?

Да, но не совсем. После ситуации с Егором и Маринкой я стала по-другому относиться к некоторым вещам. Когда-то я думала, что чем меньше знаешь, тем лучше. Но сейчас мне необходима правда. Пусть она будет горькой, болезненной, ядовитой, но зато я перестану думать о прошлом. Было и было, ничего страшного. Мы с Яром тогда состояли в фиктивном браке, а не в настоящем.

— Помнишь, что я говорил тебе об изменах? — тяжело вздохнув, спрашивает Яр.

— Что ты не из тех, кто будет трахаться с другими бабами, когда у тебя есть законная жена.

— Ничего не изменилось, Майя. Я тогда не воспринял твои слова всерьёз, понимал, что ты действуешь на эмоциях. И ждал подходящего момента, чтобы до тебя достучаться. А потом услышал, как ты признаёшься Джанго во всех своих грехах.

— Я этого не припоминаю.

— Ты говорила, что наделала кучу ошибок, оттолкнула всех вокруг и очень об этом жалеешь. А ещё дурой себя называла.

— Хоть убей — не помню.