После опомнилась, испугавшись, что могла быть излишне громкой и затравленно оглянулась на мирно и удовлетворенно спящего демона, который, насытившись, счастливо отключился. Рисковать и нарываться на еще хотя бы один раунд, было чревато. О произошедшем не жалею и мне даже понравилось, но продолжение я едва ли переживу.

Потому, приложив все оставшиеся у меня крохи силы и ошметки воли, кряхтя и охая от приятной боли во всем теле, особенно в пояснице, я едва не грохнулась с постели на пол, так как дрожащие ноги отказывались выполнять свою прямую функцию, выражая однозначный протест и жалобу на превышенную эксплуатацию!

Закралась крамольная мысль махнуть на все рукой и банально вырубиться прямо, как есть, на полу, ибо шевелить даже пальцем было неимоверно трудно, но меж тем за окном уже смеркалось. Продолжу валяться, если не персонал гостиницы, так сам Нокс меня обнаружит. При таких обстоятельствах мой уход значительно усложнится. Усугублять и без того неловкие отношения с Киллианом я была не намерена.

Опыт подобных срывов начальника не оставлял сомнений, что герцог, очнувшись, ничего не вспомнит, потому мне просто нужно уйти прежде, чем он проснется. За последствия я также не переживала, ведь вопреки расхожим мыслям, Киллиан был очень щепетильным в вопросах половых связей, потому стабильно принимал контрацептические снадобья. Да, начальник у меня, пусть и демон, но романтик, потому до последнего надеялся снять проклятье и зачать ребенка, будучи в официальном браке с любимой женщиной.

Размышляя в данном ключе, я тихонечко оделась, с досадой рассматривая недостающие пуговицы на своем платье и разорванную шнуровку, так как кое-кому не хватило банального терпения этой ночью. Потому без зазрения совести сверху накинула дорогой плащ босса, в котором он был в баре.

— Кажется, ничего не оставила, — критически окинула я комнату взглядом, пока не остановила внимание на постели и в сомнении не прикусила губу. — Пожалуй, от этого тоже стоит избавиться, — вздохнула я и стала аккуратно тянуть покрывало на себя, но тут босс перевернулся во сне, окончательно придавив главную улику, подтверждающую, что этой ночью я стала «взрослой». — Вот... дряньство... — чертыхнулась я и задумчиво потопала мыском туфли. Если попытаюсь потянуть покрывало сильнее, рискую разбудить Нокса. Если оставлю как есть, мой любвеобильный, но очень совестливый босс, для которого девственницы представляли своеобразное табу, сильно опечалится и велика вероятность, что из чувства ответственности и вины попытается отыскать ночную красотку, чтобы хотя бы финансово компенсировать «сорванный цветочек», за который он не в силах взять ответственность по закону.

Финансовая компенсация меня устраивает, но не так сильно, чтобы подвергать мой уход риску. Узнай босс правду, он ведь ни в жизнь от меня не отцепится!

Потому, тяжело вздохнув, достала из сумки дежурные маникюрные ножнички и с их помощью банально оторвала наиболее «красочный» кусок ткани.

— Вот теперь точно все, — довольно отряхнув руки, забрала я с собой все улики и на дрожащих ногах отправилась на выход из комнаты, свободной рукой приглаживая спутанные и взлохмаченные волосы. Открыв дверь, помедлила и напоследок посмотрела на спящего Нокса, искренне надеясь, что подобных срывов у него больше не предвидится и проклятье, наконец, спадет в скором времени. А сегодняшний опыт не будет для него сильно травмирующим, ведь после каждого срыва Киллиан еще долго пребывал в депрессии, хоть старался и не показывать этого.

А я... я тоже постараюсь забыть и не чувствовать тоски и сожаления, ведь это был мой выбор.

После этого я плотно закрыла дверь в комнату и спустилась на первый этаж, который сейчас пустовал ввиду раннего утра. Потому дремлющий администратор за стойкой нехило так струхнул, когда я с грохотом поставила свою сумку на стойку.

— А?! Д... доброго утра, госпо...

— Вчера я стала свидетелем попытки отравления в вашем баре и сообщила о двух преступниках. Я хочу знать, что с ними стало, — перебила я.

— Ах, да, так точно, — несколько заторможено и нервно покивал администратор и стал бесцельно рыться в документах, а после скорбно поправил криво сидящие очки на своем носу и виновато произнес: — К сожалению... наша охрана их упустила, — потупил он глазки, а под моим недовольным взглядом совсем стушевался. Потому, заметно нервничая, начал тараторить: - Но мы собрали подробное описание и свидетельства других гостей, потому утром тут же обратимся к стражам порядка. Если скажете свое имя и того пострадавшего господина, с вами свяжутся...