Думаю, прежде эти стены не видели подобного оживления. Студенты шли на скучную лекцию по истории, а получили цирк с участием ректора и сына самого короля. Под всеобщее веселье Бранд, тот серебряный крепыш, что встретил нас у ворот, пригнувшись, прокрался между столами и ткнул своего приятеля под ребра. Деррик вскинул голову, ошалело озираясь по сторонам и не замечая, что к его щеке прилип лист бумаги.

Железный, что сидел передо мной, аж икнул от смеха.

 — Доклад, высочество, — строго напомнил Копперброк.

 — Я… — Деррик оторвал от лица бумажку. — Я все сделал… — он сгреб записи в охапку и протянул ректору.

 — Это очень похвально, Сольвброк. Но тебе придется все это рассказать своими словами и ответить на вопросы по тексту. Вперед! — ректор указал на кафедру. — Мы в предвкушении!

Серебряный выглядел ужасно растерянным, смотреть на него было попросту невыносимо. Я невольно представила себя на его месте, и у меня в горле пересохло. Наверняка этот доклад он писал не сам! Чего еще ждать от принца, которому, готова поспорить, даже зад подтирают слуги! Но зачем устраивать ему публичную порку? Неужели Копперброку нравится мучить других? Опросил бы его лично, влепил плохую оценку, наказание назначил… В отличие от местных студентов, мне было не до смеха. Да и Кайса прикрыла лицо ладонью, — все же феи не страдают от садизма.

Деррик поднялся и вышел на кафедру. Вид у него при этом был такой, словно он поднимается на эшафот. Парень будто бы даже стал немного ниже ростом, хотя еще недавно казался мне чуть ли не самым высоким среди драконов.

 — Эпоха славного короля Стагнара… — пробормотал он неуверенно.

 — Стаграна, — тут же поправил Копперброк.

 — Ага. Так вот, его подвиги и завоевания — пример блестящего правления. А еще… — принц сглотнул. — По слухам, у него было сто наложниц…

 — Если бы я захотел посплетничать, то позвал бы дамочек на чашку чая, — снова перебил старый дракон. — Давай, Деррик, либо переходи к сути, либо я перейду к наказанию…

Не в силах наблюдать за этим кошмаром, я скосила взгляд на Мэлину и застыла. Пока все насмехались над невежеством принца, фиолетовая сложила ладони лодочкой у рта. Со стороны могло показаться, что она молится музам, но я знала этот прием. Феи поэзии могут использовать магию скрытно, им необязательно декламировать стихи во всеуслышанье. Судя по всему, Сальви сейчас читала одну из своих поэм. И уже через несколько секунд мне стало ясно, что именно она затеяла.

 — Король Стагран Великолепный из клана Гульдброков взошел на трон по единогласному решению совета в пятьсот пятидесятом году по драконьему летоисчислению, — бодро затараторил Деррик. — Уже через год он начал активную экспансию на запад в сторону утраченных драконами земель, ранее принадлежавшим свинцовому клану. В пятьсот шестьдесят четвертом году армия под управлением Стаграна заняла следующие территории: Лежские окрестности, город Кратен, деревни Сизая, Мостовая и Гончарная. Это позволило ему вплотную подобраться к побережью Горейского моря. И уже в пятьсот шестьдесят пятом году…

Больше не смеялся никто. У студентов отвисли челюсти: даты сыпались из Деррика, как из рога изобилия. Даже сам Копперброк слегка опешил и недоверчиво заглянул на кафедру, — не припрятал ли принц какую шпаргалку? Однако, как и следовало ожидать, никакими подсказками там не пахло. Это Мэлина прибегла к магии внушения, — заливала текст доклада в голову принца, как фруктовый пунш — в бокал.

Сотвори она нечто подобное в Тайфо, ей бы уже прилетело по первое число от Талеи, — вмешиваться в чужие мысли студентам строго запрещено. Но драконы не удосужились узнать, кого пригласили к себе по обмену, они привыкли видеть в феях бесполезных существ. Ну, или источник силы, — с некоторых пор. И теперь за это расплачивались.

 — Достаточно, — хмуро прервал поток знаний Копперброк. — Битва под Плумвиром?

 — Пятьсот семидесятый.

 — Точнее?

 — Начало марта.

 — Сапфировые пещеры?

 — Семьдесят третий.

 — Армией командовали?..

 — Генералы Вордан и Дрейкир.

Это фехтование вопросами и ответами продлилось минут пять и закончилось безоговорочной победой серебряного. К тому моменту, как ректор отпустил свою жертву, с Мэлины пот валил градом, — она вбухала немало сил, чтобы спасти своего избранника. Сам он, впрочем, и близко не догадывался, с чего вдруг такая удача, и был удивлен ничуть не меньше, чем Копперброк.

— Нам надо кое-что обсудить, — вернул меня на землю вкрадчивый шепоток.

Манфорд, чтоб его! Чуть не забыла, что переживать мне следует вовсе не за принца, а за себя.

 — Ты сам виноват, — я демонстративно взялась за кисть. — Нечего было подглядывать!

 — Я на своей территории, фея, — внучок ректора отодвинулся от стола. — Нет такого правила, по которому мне запрещено летать возле окон.