И на этот раз он не позабыл все испортить сказав грубо:

– Только ради одного такого траха ты должна выйти за меня.

Глава 53.

Сборы на церемонию происходили в гнетущей тишине, как и само бракосочетание. Только когда регистратор сказал: "Вы можете поцеловать невесту" Юра ожил. Повернулся ко мне, подтягивая за талию ближе и казалось, что, долго-долго смотрел в глаза.

На самом деле прошло не более нескольких секунд.

Он наклонился, взял пальцами подбородок, вынуждая смотреть в его жесткое лицо и взгляд "лезвие", которым он резал мне душу. Его губы коснулись моих, язык прочертил линию сначала по верхней потом по нижней.

Лишь легкая прелюдия губ и языков, словно аперитив перед основным блюдом. Перед тем, как поцелуй стал глубже, пронзая своей нежностью мое нутро, заставляя против воли тянутся к этому сложному, закрытому человеку, хотеть его. Еще никогда Юра не целовал меня так, словно впервые.

Так, словно любил.

Но и это не помогло сделать меня счастливее, потому что все это фарс, а не праздник любви и верности. И даже выглядевшие радостными и чуть не совокупившиеся на глазах у всех Юля и Костя не давали надежду на светлое будущее.

Юра отошел от меня, как только надел кольцо и даже не посчитал нужным знакомить с кем-либо из гостей. Возможно, он и сам никого не знал.

Кроме одного.

Сначала подумалось, что это Дэвид. Этот мужчина тоже был лощеный, одетый с иголочки и даже если присмотреться можно заметить, что на лбу его кололи ботоксом. Таких называют метросексуалы, ну или геи. События последних дней начисто вычистили из мозга воспоминания о бывшем муже. По сравнению с Юрой и чувствами к нему, он казался лишь бледным пятном. Одно их связывало, несчастливый брак.

Я опять вышла замуж не по любви, а под давлением обстоятельств. Возможности выбраться из этого капкана не видела. Ну что может быть, я хотя бы пообщаюсь с умным человеком.

Судя по раздувшимся ноздрям Юры, он этого мужчину не жаловал. Но выгнать не мог, ведь ему нужно выглядеть цивилизованным человеком.

Я даже усмехнулась про себя.

Определение «цивилизованность» меньше всего подходило Юре, особенно когда он хотел трахаться. Пещерный человек и тот будет деликатнее с женщиной, он просто потащит ее в пещеру за волосы, а Юра мне ещё и дубинкой даст по голове.

Рассматриваю гостей, лиц которых никогда и в глаза не видела, как вдруг вижу перед собой бокал шампанского.

– То, что такая женщина рядом с Самсоновым, чудовищная ошибка.

Глава 54.

Этот незатейливый комплимент согрел мне израненную душу, и я не смогла не улыбнуться, принимая бокал. Мужчина казался настроен вполне доброжелательно.

– Хорошо его знаете?

– Только по тому, как грубо он ведет себя на дебатах.

– Люди любят его за его честность.

– Люди хотят хлеба и зрелищ, а он прекрасно удовлетворяет их, выставляя себя клоуном. Хорошо хоть дреды срезал.

– Да… – ответить мне на это нечего, в какой-то степени я с мужчиной согласна, но его тон казался мне несколько оскорбительным. Словно все людишки – дождевые черви, что к его недовольству осквернили землю после дождя. – А вы.

– Игорь Андронов.– представился он с дежурной улыбкой, не коснувшейся глаз и склонился к моей окольцованной руке. Странно, но даже не заглянул в декольте. – Мой племянник в этом году баллотируется. Никифоров. Вы наверняка слышали.

Никогда не интересовалась политикой.

– И он, конечно, выиграет? – насмешливо поинтересовалась я, отпивая из бокала и чувствуя приятную щекотку от того, как пузырики воздуха проникают в горло, а вот взгляд Самсона не щекотал. Он буравил мне спину.

– Если вы сейчас скажете правду, несомненно.

Что? Что!

Меня прибило по мозгам, как бетонной плитой, и я посмотрела внимательнее на вытянутое, гладкое лицо с глазами, цвета расплавленного серебра и поняла, что сейчас будет озвучена истинная причина нашего «милого» диалога.

– Не понимаю, о чем вы.

– Вас держат здесь насильно, это и дураку понятно. И я готов вам помочь. Новые документы, новая жизнь. Прямо сейчас. Самсонов больше никогда вас не найдет. Вы станете свободной.

Это было настолько заманчиво и невероятно, что на глаза навернулись слезы. Совершенно неправильно по отношению к Юре, сбегать вот так. Это приведет к потере его депутатского кресла, но разве он нормально со мной обращался? Разве давал хоть раз право выбора? Разве он выслушал меня?

Решение было настолько очевидно, что я неосознанно кивнула и не глядя, и не оборачиваясь вышла вслед за Андроновым. И уже только возле крупного внедорожника с тонировкой опомнилась и взглянула на яркие желтые пятна окон темного дома.

Теперь я жена Юры, теперь я могу, если не управлять им, то заставить прислушаться. И я ведь люблю его. Пусть болезненно, пусть неправильно, но люблю… Может быть пора ему об этом напомнить? Может быть он тоже ощущает не только похоть?