Этот «мальчишка» – двадцатитрехлетний мужчина, но мне хватало соображения не поправлять ее и не вешать на Ксейдена мишень еще заметнее.

– А ваш дар? – спросил король у Лиама.

– Дальний взор, ваше величество, – ответил Лиам.

Мельгрен прищурился при виде метки восстания, затем поднял взгляд на его ленту.

– Майри – то есть сын полковника Майри?

В немой поддержке я стиснула его руку крепче – и это не прошло мимо внимания матери.

– Да, генерал. Хотя в основном я рос у графа Лиддела в Тирвейне – Его челюсть закаменела, но больше он ничем не показывал неловкости или недовольства.

– А, – король Таури кивнул. – Да, граф Лиддел хороший человек. Верный.

Из-за чувства превосходства, которое так и сквозило в голосе, хотелось посрывать медали с королевской груди.

– Это ему я обязан своей стойкостью, ваше величество. – Лиам умел играть в эту игру.

– Это верно, – снова кивнул Мельгрен, окидывая взглядом толпу. – А где же мальчишка Риорсонов? Люблю увидеть его раз в год и убедиться, что он не чинит неприятностей.

– Никаких неприятностей, – ответила я, заслужив суровый взгляд от мамы. – Вообще-то он наш командир крыла. Спас мне жизнь в Монсеррате.

Заставив меня уйти, вместо того чтобы остаться и помочь. Но все же он заслуживал благодарности за то, что не дал мне отвлечь Миру и погубить тем самым ее, себя и Тэйрна вдобавок. Ксейден не просто спас меня. Он поверил, когда я рассказала, что это Эмбер привела ко мне бездраконных. Заказал для меня целый арсенал из кинжалов. Придумал седло для Тэйрна, чтобы я могла влетать в битву наравне с товарищами. Защищал меня, когда требовалось, и научил защищаться самой, чтобы я не зависела от него.

И когда все торопятся встать передо мной, Ксейден всегда встает со мной плечо к плечу, зная, что я могу постоять за себя.

Но всего этого я не сказала. Зачем? Ксейдену плевать, что о нем думают другие, – значит, плевать и мне. Я просто продолжала лучиться жеманной улыбкой, словно восхищалась могучими людьми передо мной.

– Их драконы – пара, – добавила мама с убийственной улыбкой. – И из необходимости она весьма с ним сблизилась.

Из похоти, потребности, боли в груди, которой я боялась отказать, но ладно уж, сойдет и «необходимость».

– Превосходно. – Король Таури широко улыбнулся. – Хорошо, что за ним присматривает не кто-нибудь, а Сорренгейл. Уж сообщите, если он решит – ну, не знаю, – он рассмеялся. – Разжечь новую войну?

Мельгрен отлично знал неизбежный итог таких глупостей – и все же прожигал меня и Лиама пристальным взглядом.

Я напряглась всем телом:

– Смею вас уверить, он вам предан.

– А где же он? – король осмотрел двор. – Я просил, чтобы все были на месте, все меченые.

– Я видела его ранее, – я улыбнулась, не совсем соврав. Инструктаж и правда был ранее. – Наверное, держится немного в стороне. Он не большой любитель празднеств.

– О, глядите-ка! Даин Аэтос! – воскликнула мама, кивая кому-то за моим плечом. – Для него высокая честь услышать от вас доброе слово, – подсказала она королю.

– Ну конечно. – Все трое ушли, оставив меня и Лиама стоять в полном молчании – провожая их взглядом, чтобы ненароком не повернуться спиной к королю.

Казалось, будто я избежала верной смерти – или не меньше чем природной катастрофы.

– Я убью его за то, что он заставил тебя сюда прийти, – пробормотала я под нос, глядя, как Даин вышколенно приветствует короля.

– Ксейден меня не заставлял.

– Что? – я вскинула на него взгляд.

– Он ни о чем не просил. Никого не просил. Но я обещал тебя охранять – и вот охраняю. – Он криво улыбнулся.

– Ты хороший друг, Лиам Майри. – Я прижалась головой к его плечу.

– Ты спасла мне жизнь, Вайолет. Теперь меньшее, что я могу, – улыбаться как дурак и терпеть этот хренов праздник.

– А вот я не уверена, что могу улыбаться и терпеть.

Особенно из-за того, как часто люди поглядывают на его запястье, – будто он лично привел армию к нашей границе.

Даин улыбнулся вслед королю, затем оглянулся через плечо, поймал мой взгляд и направился к нам.

Он улыбался – и с легкостью вспомнилось, как часто за прошедшие годы мы посещали подобные мероприятия. Нежно коснулся моей щеки:

– Ты сегодня прекрасна, Ви.

– Спасибо, – я улыбнулась. – Ты и сам великолепен.

Опустив руку, он повернулся к Лиаму:

– Она еще не пыталась сбежать? Ви всегда ненавидела такие собрания.

– Пока нет, но еще не вечер.

Должно быть, Даин заметил жесткость в лице Лиама, потому что ко мне повернулся уже с угасшей улыбкой.

– Лестница – в паре ярдов справа от нас. Я отвлеку, а ты скрывайся.

– Спасибо, – кивнула я, вздернув уголки губ. – Давай убираться отсюда, – прибавила я Лиаму.