– Пока. – Рианнон пристально смотрела на меня, подняв брови. – Лучший всадник нашего поколения – пока.

– Что…

Три удара в дверь отвлекли нас.

– Ри? – спросил Лиам с очевидной паникой в голосе. – Сорренгейл там с тобой? А то…

Рианнон открыла, и Лиам ввалился в комнату и, кое-как восстановив равновесие, принялся обшаривать ее взглядом, пока не увидел меня.

– Вот ты где! Я выхожу из туалета – а тебя нет!

– Никто не убьет ее в моей спальне, Майри. – Рианнон закатила глаза. – Тебе необязательно быть рядом с ней каждую секунду каждого гребаного дня. А теперь оставь нас на пять минут – и потом мы пойдем в класс.

Она толкала его к выходу, пока он – открывая и закрывая рот, будто пытался придумать ответ, но никак не мог, – не оказался в коридоре, и захлопнула дверь.

– Он… – я вздохнула. – Предан своему делу.

– Можно сказать и так, – пробормотала она. – А еще можно подумать, будто он Риорсону не меньше чем жизнью обязан, настолько сильно к тебе приклеился.

В принципе, он мне и сказал, что обязан, но эту тайну я оставила при себе. Да уж. Сборища Ксейдена, остановка времени и возраст Андарны – многовато тайн у меня накопилось.

– А! – У Рианнон вдруг загорелись глаза, и она села рядом со мной на кровати. – Вчера ночью и со мной кое-что случилось.

– Да? – Я развернулась к ней лицом. – Ну-ка.

– Так, – она сделала глубокий вдох. – Я это делала только три раза. Два – вчера ночью, и один – сегодня утром, так что потерпи.

– Конечно, – кивнула я.

– Смотри на книгу на столе.

– Смотрю.

Я вперилась взглядом в учебник истории на левой стороне стола. Прошла минута, но я все не отворачивалась…

И тут он пропал.

– Какого, Ри? – я вскочила и развернулась к ней. – Что это сейчас… – у меня отпала челюсть.

Она держала книгу и смотрела на меня с победоносной ухмылкой.

– Это та же книга? – Я придвинулась.

Да, она самая.

– Видать, я могу призывать, – улыбка Рианнон стала еще шире.

– Твою налево! – Я возбужденно схватила ее за плечи. – Это же здорово! Это… невероятно! У меня даже слов нет!

Передвигать предметы и запирать двери – малая магия, основа основ применения силы, питающаяся от постоянной связи с драконами, когда они начинают транслировать. Но сделать так, чтобы предмет пропал и перенесся к тебе? Такого, как я читала, не встречалось больше века. Потрясающая сила.

– Ну как? – Рианнон прижала книжку к груди. – Правда, только на расстоянии в несколько футов и не через стены.

– Это пока, – поправила я ее, чувствуя, как меня распирает от радости. – Это пока ты не можешь переносить их сквозь стены. Ри. Да такая редкая печать тебе карьеру сделает!

– Уж я надеюсь. – Она встала и вернула учебник на стол. – Надо только разрабатывать ее.

– Разработаешь, – сказала я, ощущая непоколебимую уверенность в своих словах.

Спустя несколько минут мы шли к учебному крылу вместе с Сойером и Ридоком, только что вышедшим из библиотеки.

– Это тебе, – сказал Лиам, протянув мне фигурку, пока мы поднимались по широкой винтовой лестнице на третий этаж.

Это был Тэйрн. Лиам даже оскал сумел передать.

– Просто… невероятно. Спасибо.

– Тебе спасибо. – Лиам широко улыбнулся, демонстрируя ямочку на подбородке. – Сперва хотел вырезать Андарну, но я ее редко вижу, сама понимаешь.

– Она держится в стороне. – Мы отделились от толпы, направлявшейся на четвертый этаж, и я убрала дракончика в сумку, а потом обняла Лиама. – Правда, мне очень нравится. Спасибо.

В коридорах было людно, но чем ближе к кабинету профессора Карра, тем меньше встречалось кадетов.

– Не за что, – он повернулся к Рианнон. – Дальше сделаю Фэйге.

Рианнон пошутила, что Лиам должен запечатлеть всю крутизну ее дракона, но я уже не слышала разговора, потому что бросила взгляд на окно во всю стену перед входом в башню инструктажа – и у меня перехватило дыхание.

Ксейден стоял с остальными командирами крыльев и, судя по всему, жарко спорил, скрестив руки на груди. Спустя всего пять минут после казни Эмбер комендант уже назначил командиром Третьего крыла Ламани Зохар, и с тех пор казалось, что так всегда и было.

Никогда не привыкну, как быстро люди тут забывают прошлое, как черство заметают смерть под коврик и спокойно топчут ее уже минуты спустя.

Боги, но как прекрасно выглядел в тот день Ксейден – с нахмуренным лбом и сосредоточенным лицом. Он внимательно выслушал Ламани, затем кивнул. В голове не укладывалось, что только вчера ночью эти губы прижимались к моим, эти руки обнимали меня. Какие там сомнения. Я хотела еще.

Словно почувствовав мой огненный взгляд, Ксейден поднял голову и встретился со мной глазами – и это породило те же ощущения, что и прикосновения. У меня участился пульс, приоткрылись губы.

– Опоздаем, – напомнила Ри, оглянувшись через плечо.

Ксейден всмотрелся за меня и ощутимо напрягся.