Первые несколько минут прошли в молчании. Каждый провел пальцем по своему кристаллу, листая снимки, погружаясь в воспоминания.
Потом Рейнар тихо рассмеялся.
Виола подняла голову.
— Что?
Он повернул к ней иммортал. На поверхности кристалла проявилось изображение — они оба стояли в лаборатории академии, покрытые какой-то зеленой субстанцией, с выражениями ужаса и веселья одновременно.
— Помнишь? — спросил он. — Межфакультетский проект. Зелье трансформации. Помнишь?
Виола ахнула, воспоминание нахлынуло яркой вспышкой.
— О боги, да! Оно взорвалось!
— Потому что кто-то перепутал ингредиенты.
— Это была не я!
— Это точно была ты. — Рейнар усмехнулся. — Ты добавила корень мандрагоры вместо листьев.
— Потому что ты отвлекал меня своими язвительными репликами!
Они смотрели друг на друга, и внезапно оба рассмеялись. Настоящим, искренним смехом, который прорвался сквозь напряжение последних дней.
— Мы потом две недели отмывали лабораторию, — вспомнила Виола, вытирая слезы. — Профессор Тэйн был в ярости.
— Ага. Он грозился отчислить нас обоих.
— Но передумал, когда мы представили отчет о том, почему зелье взорвалось. Помнишь? Мы превратили катастрофу в научное исследование.
— Ты превратила, — поправил Рейнар. — Это была твоя идея. Ты всегда умела находить выход из любой ситуации.
Виола почувствовала тепло в груди от похвалы.
— А ты всегда умел не паниковать, когда все шло не так. Я помню, как ты стоял весь зеленый и спокойно говорил: «Ну что ж, теперь знаем, чего не надо делать.»
— Паника едва ли может решить проблемы, — пожал плечами Рейнар.
— Это точно.
Они снова посмотрели на изображение. Молодые, счастливые, перепачканные зельем. Беззаботные.
— Мы были такими… легкими тогда, — тихо сказала Виола.
— Да, — согласился Рейнар. — Были.
Пауза.
— Покажи еще, — попросила она.
Он листал дальше, останавливаясь на разных снимках. Вот они на выпускном балу — Виола в синем шелковом платье, Рейнар в парадной форме магической гвардии. Вот они в кафе, пьют кофе и смеются над чем-то. Вот они в парке, осень, листья везде, Виола подбрасывает их в воздух, а Рейнар ловит.
С каждым изображением воспоминания становились ярче, отчетливее.
Они продолжали листать, останавливаясь на разных снимках.
— А это помнишь? — Виола повернула к нему свой иммортал. На кристалле проявилось изображение — они сидели на крыше академии, смотрели на звезды. Снимок немного размыт — делала его Виола наспех, одной рукой держа иммортал, другой опираясь на Рейнара, — но видно, как он обнимает ее за плечи, а она прижимается к нему.
— Ночь персеид, — сказал Рейнар, и в его голосе появилась мягкость. — Мы пробрались на крышу, хотя это было запрещено.
— Ты принес вино и плед.
— А ты принесла карты звездного неба и рассказывала мне о созвездиях.
— А ты делал вид, что слушаешь, но на самом деле просто смотрел на меня.
Он повернулся к ней, удивленный.
— Ты знала?
— Конечно, знала. — Виола улыбнулась. — Ты всегда так делал. Я говорила что-то, а ты смотрел на меня с таким выражением… будто я была самой удивительной вещью в мире.
— Потому что была, — сказал он тихо.
Что-то сжалось в груди у Виолы. Она отвела взгляд, не зная, что ответить.
— О нет, — Рейнар внезапно рассмеялся, глядя на свой иммортал. — Я совсем забыл про это.
— Что? — Виола потянулась посмотреть.
Он повернул кристалл к ней. На изображении Виола стояла в столовой академии, в окружении смеющихся студентов. На ней была ночная рубашка — белая, с изображением толстого ленивого кота и надписью яркими буквами: «Не будите зверя».
Виола ахнула, закрывая лицо руками.
— Нет! Ты сохранил это⁈
— Конечно сохранил, — Рейнар откровенно хохотал. — Это был легендарный момент. Ты проспала, выскочила на завтрак, думая, что надела обычную блузку…
— Я была полусонная! — Виола краснела до корней волос. — И никто мне не сказал!
— Все были в шоке. Безупречная Виола, лучшая студентка ведьмовского факультета, гордость курса, стоит в столовой в ночной рубашке.
— На спине был огромный рыжий кот с подписью «Тут мог быть ваш дракон», — продолжала Виола, краснея. — Я поняла это, только когда кто-то рассмеялся за моей спиной.
— Весь факультет боевой магии обсуждал это неделю, — Рейнар вытирал слезы. — Ты стала легендой.
— Ужасной легендой!
— Очаровательной легендой, — поправил он. — Знаешь, я влюбился в тебя еще сильнее в тот момент.
Виола опустила руки, удивленно глядя на него.
— Что? Почему?