— Бумаги для Германа Александровича? — она указал взглядом на папки в руках посетительницы.

— Я сама отнесу, — Игнатьева было направилась к дверям его кабинета, но Ольга внезапно её осадила.

— Марина Олеговна, вам входить туда запрещено. Оставьте бумаги здесь, на столе. Я передам.

«Странно», — успело подуматься мне, прежде чем эту мысль вытеснила куда более актуальная.

— А разве?.. — я осмотрелась, будто только сейчас сообразила, что Ольга вообще-то одна. — А Герман Александрович…

Ольга метнула на меня потеплевший взгляд, задержала его на моих мокрых щеках, но на этот счёт промолчала.

— Его нет, Лиля Сергеевна. Его не было и сегодня не будет. Герман Александрович позвонил ранним утром и предупредил, что у него какие-то очень важные дела и в офисе он не появится. Ему, может, что-нибудь передать?

Игнатьева не стала дослушивать наш диалог и покинула кабинет. Охваченная паникой, я даже не удосужилась посмотреть, какой эффект на неё произвёл запрет, озвученный Ольгой.

Меня сейчас занимали только два вопроса — куда уехал мой муж и что он в это самое время творит?

И не будет ли слишком поздно что-то исправить, когда я наконец получу ответы на эти вопросы…

Глава 39

— Благодарен за вашу готовность сотрудничать, — Герман пожал руку своим собеседникам.

В офисе фирмы им выделили отдельную удобную комнату. В целом создали все условия для доверительного разговора.

— Без проблем. Рады, если сможем чем-то помочь, — Андрей и Олег заняли места за столом напротив и потягивали свой утренний кофе.

— Посменно работаете?

— Так точно.

В середине их неспешного, обстоятельного разговора Герман понял, откуда у них к нему такой кредит доверия. Не то чтобы его имя было в столице не на слуху. Не в этом всё-таки дело. Просто сразу у нескольких сотрудников фирмы родственники или друзья работали на охране предприятий холдинга Ахматова.

Надо же, как удачно всё складывалось.

Первое приятное и удобное совпадение в этой череде катастроф.

— …и все вели себя как обычно. Ну, в смысле, в рамках приличий, — Андрей поставил свой опустевший стаканчик из-под кофе на стол. — Никто не буянил. Никто ни к кому не приставал. Нас несколько раз пригашали угоститься, но сами понимаете — работа.

— Ну да, — он качнул головой. — У вас всё серьёзно.

— Репутация фирмы превыше всего, — поддакнул Олег. — В такие моменты — особенно. Мало ли кому чего может в голову взбрести. Но с клиентами из «Мира цветов» у нас никогда проблем не возникало.

На расспросы о поведении конкретных личностей парни сказать ничего вразумительного не смогли, но божились, что в общей зале, где проходило мероприятие, всё было стопроцентно достойно.

— Лиля… ну, ваша супруга… она вообще всегда ведёт себя очень скромно. Скажи, Олег.

Олег охотно закивал. Взгляд не отводил. Выглядел искренним.

— Те сабантуйчики, что выпадали на нашу смену… за них могу поручиться. Они со Светланой обычно вдвоём всегда держатся. Нет, ну, веселятся вместе со всеми, но… не более того.

— Да и в этот раз всё то же самое. Разве только…

Андрей запнулся, и его сердце невольно совершило кувырок.

— …на какое-то время она уходила из залы. Было дело. Вернулась в другом платье. Но это потому что… короче, там как-то так получилось, что на неё почти полный бокал шампанского опрокинулся. Я сам этот момент не застал. Только потом уже видел, что она оттереть его пыталась. Но как там ототрёшь, когда по всему платью…

Он усмехнулся, потом взглянул на Германа и замолчал. Видимо посчитал, что тот каким-то образом примет это на свой счёт. И Герман поспешил развеять его опасения:

— Понимаю. Да. Неприятная ситуация.

— А то, — согласился Олег. — Вам, может, ещё кофе?

Герман качнул головой:

— Нет. И, парни, благодарю за беседу. Я услышал то, что мне нужно. Надумаете сменить место работы — приходите.

Его собеседники заулыбались.

Ударили по рукам. Разошлись.

Теперь ему предстояло многое обдумать. Обдумать и скорректировать дальнейший порядок действий.

Ничто из показаний охранников, ровным счётом ничто не шло вразрез с тем, что рассказывала ему Лиля.

То же касалось и общей характеристики её поведения. Никто из сказанного ими не грешило против того, кем он её видел.

Он не заблуждался, не ошибался на её счёт. Он не затерялся в иллюзиях.

По всему выходило, что сбоить его картина мира начала именно после злосчастного корпоратива — когда он увидел её в этом чёртовым платье. Когда Марина ошарашила его новостями о том, что обзавелась каким-то шокирующим инсайдом, от которого он не мог запросто отмахнуться, потому что тот до боли точно совпадал с его личными подозрениями, щедро питал их, идеально их дополнял.

Но видео из коридора до сих пор требовало объяснений.