Только выйдя из здания на свежий воздух, где нас уже поджидал автомобиль моего шефа, осознала, что у меня спина вся мокрая и слегка меня так потряхивает — испытанный мной адреналин и напряжение за время этих переговоров, просто зашкаливал. Это даже круче и страшнее, чем участие в гонках, оказывается. Хотя, может, дело в том, что на гонках я была пассивным участником, а тут непосредственным, и здесь все зависело только от меня и моих знаний.

Сели в машину. То и дело посматриваю на Виктора, но понять по мужчине, о чем тот думает, невозможно. Так я справилась или нет?

— Знаете, Валерия Николаевна…

— Да? — я задержала дыхание. Сейчас Гайне вынесет вердикт относительно меня и моей дальнейшей судьбы.

— Я тут подумал, что в следующую субботу можно немного отдохнуть. Перенесите все встречи из моего расписания, насколько это возможно, на другие дни, закажите билеты на самолет сюда на утро субботы, а обратно на утро воскресенья.

— Гостиницу нужно бронировать?

— Нет. Насчет проживания я договорюсь сам со своим знакомым. Билеты на самолет и себе возьмите.

— А мне зачем? — удивилась я.

— Мой личный секретарь со мной всегда. На мои звонки будете отвечать.

Вот кто бы сомневался.

В самолете я всячески начала симулировать плохое самочувствие. Виктор бросал на меня периодически внимательные оценивающие взгляды, но ничего не говорил.

По прилете поинтересовалась:

— Может быть, я с вами не поеду? — пару раз кашлянула для убедительности, но, видимо, не очень натурально. Или телефон не очень кстати завибрировал. Мельком посмотрела на экран. Папа. Сбросила вызов. Перезвоню попозже.

— Вы едете со мной, — хмуро отозвался Гайне, провожая взглядом мой телефон, что скрылся в сумке.

Спустя полчаса я и Виктор оказались около семейного гнезда Радовых. За высоким забором не меньше трех метров в высоту скрывается большой ухоженный участок с земли. Даже не участок, а скорее личный парк на холме с видом на реку и поле. Сам дом очень красивый, просто огромный, и выложен красным кирпичом, причем и домов несколько. Заметила еще пару не таких основательных. Один у ворот — видимо, для охраны и чернорабочих, а второй, возможно, для гостей или отдыха.

Что интересно, встречать Виктора первым вышел улыбающийся Андрей.

— Привет, Вить! Здравствуйте, Валерия Николаевна, — Радов, не скрываясь, мне подмигнул. — Вы вовремя. Скоро начнется наш «милый семейный ужин». Вить, ты знаешь, где твоя комната, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Валерии Николаевне сейчас покажу лично из большого уважения к твоей помощнице, само собой. Тут, кстати, отец баню решил затопить. Желающие уже нашлись посетить данное место. Вы как насчет того, чтобы попариться? Купальники найдем, да и вообще можно без них, особенно Валерии Николаевне с ее шикарной фигурой…

Закатила глаза, едва не покрутив пальцем у виска. Опять Андрей включил пошляка. Причем, как мне кажется, с целью позлить Гайне. Видимо, тут действительно что‑то личное. И это «Вить» звучит словно издевка, без всякой симпатии и дружеских чувств.

— Здравствуй, Андрей, — голосом Виктора можно продукты замораживать. — Комнату Валерии Николаевне показывать не надо, ни к чему такое беспокойство, она воспользуется моей, я подожду. В баню мы не пойдем, мы вообще сегодня ненадолго.

Все‑таки у Гайне стальная выдержка. Я буквально кожей чувствую, что Андрей Виктора раздражает, но мой начальник этого не показывает, что бесит уже самого Радова.

Очень зря, — Андрей уже не улыбается, с неприязнью глядя на Виктора, а мне вдруг захотелось самой настучать Радову по голове и сказать, чтобы перестал пытаться задеть моего босса. Это нормально вообще? Чего это меня вдруг потянуло вступаться за взрослого самодостаточного Гайне, который и сам может за себя постоять при желании?

Пора записываться на прием к психиатру.

Следуя за Андреем, мы прошли в дом. Честно сказать, я поражена роскошью и богатством обстановки. Все такое основательное, мощное. Прямо берлога зажиточного медведя.

Виктор привычно пошел куда‑то наверх, даже не сомневаясь, что я следую за ним. В какой‑то момент обернулась, встретившись взглядом с Радовым. Мужчина не ушел и, оказывается, смотрит мне вслед. Андрей улыбнулся и послал мне воздушный поцелуй.

— Валерия Николаевна, — когда Виктор показал мне, где можно расположиться, обратился ко мне мужчина.

— Да?

— Андрей Александрович проявляет к вам интерес, это заметно. Если станет приставать и… вам это не понравится, говорите мне об этом сразу. Я разберусь. Не ждите, как с вашим бывшим начальником, когда ситуация достигнет критической точки.

— Я поняла, — вот только запоздало предупреждение. И Андрей куда обаятельнее Павла Дмитриевича. Одна только дьявольская искушающая улыбка Радова, чего стоит.

Переоделась в строгое темно — серое платье. Это для одних тут семейный ужин, а для других лишь продолжение рабочего субботнего дня, точнее уже почти вечера.