Магда слегка покраснела и опустив голову прошептала:

— Простите, но да! И девочка ваша считается незаконнорождённая. Пока родной отец её не признает по закону, и освещать не будут. Простите меня, так стыдно эту правду говорить.

— Вот гадство, и я, как назло, память потеряла. А я хоть девственницей на свадьбе-то была, как у вас тут эти процедуры, может, кто-то видел мужа входящим или выходящим из спальни? Мне это важно!

— Клянусь, чужаков никто не видел, больше скажу, вы после первой брачной ночи три дня спали, как мёртвая. Свадьба такая скромная, что у крестьян больше гостей. Чужих на свадьбе не было, это точно! Ваша доченька от мужа, кому ещё-то с вами после свадьбы спать? И пятно было на простыне в доказательство, что вы честная женщина, в этом вас никто не может упрекнуть. Так графу и говорите, что девочка от мужа, но тот боится ответственности и сбежал, чтобы не платить долги, простите меня за эти речи.

Она поспешно сделала глоток и пожала мне руку. А я выдохнула с облегчением, сплети-сплетнями, а честное имя для женщины важно, особенно в моём положении. То, что муж мудак, это понятно. И такое не редкость, Эйлин, наверное, молодая и глупая была, влюбилась.

Тут же сжимаю кружку, чтобы скрыть волнение, ёлки-палки! Что на Эйлин пенять, я сама замужем за таким же двуличным Серёжей была! С меня деньги и доход, а спал с Ксюхой, нищей, но красивой торговкой, не удивлюсь, если на наши деньги и содержал её.

Отгоняю неприятные воспоминания, пытаюсь вернуться в новую реальность:

— Есть о чём поразмыслить. Граф думает, что мы кому-то нужны и ждёт выкупа, а колдун вчера правильно сказал, ссыльные мы на погибель. Муж жестокий урод, эгоист, что б ему. Как я за него замуж-то сподобилась выйти? — бурчу себе под нос, не понимая, как такая девушка, оказалась в такой ужасной ситуации?

— Вот поэтому я и спешила. Ваши родители приезжали внучку проведать, подарки привезли, вон в коробе детские вещи. Но как узнали, что вы ослушались графского приказа и самовольно уехали из-под его опеки на пасеку, очень рассердились.

— Постой! У Эйлин есть родители, и они до графского дома доехали, а сюда нет? И даже забрать меня с дочкой не хотят? Это вообще как?

У меня начинается приступ ярости, такой подлости я могла ожидать от мужа, графа, колдуна, но не от родителей Эйлин?

Магда из деревенского мягкого корсета осторожно достала письмо и пальцами, как нечто ужасное и неприятное пододвинула ко мне по столу. Сама понимаю, что в этом письме ничего хорошего нет, но они лично мне не родня, так что прочитаю:

'Эйлин Адель де Бриль, немедленно возвращайся под покровительство Его Светлости графа де Горна, не смей ему перечить. Ты его подданная, его собственность. Если не смогла удержать мужа, так хотя бы прояви себя, как достойная подданная. Отработай долги де Брилей!

Мы свадебный выкуп за тебя возвращать не собираемся, хватит того, что тебя растили, лелеяли, готовили к семейной жизни, но во всём, что с тобой случилось, ты виновата сама.

Покайся, вернись в поместье или куда на службу тебя определил Его Сиятельство и не смей перечить, если ослушаешься, то мы от тебя откажемся публично!'

Мой рот открылся в немом вопросе, это что за падлюки такие родители у несчастной девочки Эйлин?

Какого чёрта происходит?

Магда

Глава 8

Тайны прошлого Эйлин

Магда прояснила мне некоторые моменты из недавнего прошлого, и как показалось сначала, всё вроде бы понятно. Но после прочтения письма родителей, чувствую себя преданной, это сложное чувство, и оно мне хорошо знакомо по старой жизни.

Однако это всё равно за гранью моего понимания. И объяснение только одно, я им неродная? Хотя может, и есть еще одна версия, они настолько нищие, что готовы на что угодно ради денег, даже дочь продать кому попало?

От этой мысли меня передёрнуло, и Магда заметила. Виновато поджала губу, неприятно ей такие новости приносить. Да разве это новости, это уже исторический факт, но я просто не могу понять: «Почему?».

Родители «продали» дочь за калым, или как тут у них выкуп называется? Муж зачем-то взял девицу и после свадьбы сбежал, причём в долгах по уши перед графом, но всё равно женился. А крайняя я и Соня, которую тут и освятить или крестить нельзя, пока папашка не одумается?

Тру виски, пытаясь сосредоточиться, и в очередной раз убеждаюсь, что права, выбрав пасеку для жизни. Если какой-то там магический закон, со слов колдуна, сработает и пасека меня примет, то, возможно, я избавлюсь от этих кровососущих пиявок.

— О чём задумались, госпожа?