Я отошла к кровати. Фактически закрыла собой Агату. Наверное, со стороны сейчас выглядела как та царица из сказки Пушкина, которая «как орлица над орлёнком»… готова выцарапать кому угодно глазища за своё дитя. Но мне было плевать! Пусть не пялятся!

Кто-то решит, что я – старуха, страдающая паранойей, но за свою жизнь мне довелось увидеть слишком много грязи. Интернет… открытый доступ к любому типу информации – это беда, кто бы что ни говорил! Особенно, когда эта информация льётся в наши головы грязным потоком, описывающем самые жуткие людские пороки.

Говорить об этом можно очень долго и много. Но это всё лирика. Главное то, что я никому не позволю обидеть моего ребёнка!

Когда мужчины сложили платья на диван, мадам Сибил попросила их на выход.

Рыженькая Бриана скромно отошла к шкафу, принимаясь за сортировку нарядов, а вот хорошенькая белокурая Лорилла продолжала пялиться на меня.

– Чего стоим? – нахмурилась вернувшаяся мадам Сибил. – Помоги леди Митрофановой одеться к ужину. До него осталось меньше часа.

– Я дико извиняюсь, – вклинилась в угрожающий монолог женщины, на самом деле никакой неловкости не испытывая. Эта мадам Сибил не нравилась мне. Они все, ёлки-палки, мне не нравились! Какие-то лживые, что ли. Улыбаются вроде как, а глаза холодные, как у мёртвой рыбы. Просто бр! Странные они все. Может, только кроме Брианы. Она скорей запуганная, чем настораживающая. – Ничья помощь мне не нужна, уважаемая. У меня есть руки и ноги. Я привыкла обслуживать себя сама.

– Но… Госпожа! – выпучила на меня глаза дамочка. – Это же… Это неправильно! Гостья правителя, да ещё и почтенная… Прислуживать вам – это честь!

«Какого ещё правителя?! Она об Эване говорит? Или Дарии? Он, помимо генеральского чина ещё и правитель?! Прекрааааасно!»

– Благодарю вас, – терпеливо улыбнулась, гася прилив раздражения от навязанности. – Но разговор окончен. Прошу оставить меня. Я сама всё разложу. И к ужину выйду точно в срок. Деменцией ещё не страдаю. Дорогу прекрасно запомнила.

– Но…

Видимо вежливость плохо доносила до мозга дамочки мои слова. Пришлось надавить:

– Быстро уходим, товарищи. Или мне правителя вашего позвать? Он доходчивее изъясняется?

Мадам Сибил, скривившись, поджала губы, выдавая своё истинное нутро.

«А я знаааала! У меня глаз на таких гусынь намётан! Двадцать шесть лет в коллективе преподавателей! Ха! Ещё десять – за столами в отделе финансов! Меня заискивающими улыбочками не расположить. Надо намного больше, чтобы я сошлась с новым человеком и впустила его в круг своего общения. А уж переодевать себя, как куклу, я вообще никому не позволю!»

Когда все вышли, снова закрылась.

Агата продолжала спать. Вроде как и нормально, всё-таки трудный день у ребёнка был, да и по времени этот сон длится не больше двух часов, но всё равно было как-то тревожно.

Переступив с ноги на ногу, решила пока с побудкой не спешить. Развесила платья, расплела колосок и выбрала голубое платье из всего великолепия нарядов. Оно было самым нормальным, без камней и кружев. И надеть самой не составило труда.

Единственное, что меня смутило – неприличный вырез, но встроенные в лиф чашечки прекрасно поддерживали мою двоечку, делая это «неприличие» вполне утончённым.

Из сумочки вытащила всю косметику и заколки и присела у будуарного столика.

Через десять минут на меня из зеркала смотрела красиво стареющая женщина, у которой пороховницы порохом просто до неприличия забиты!

Я подмигнула себе, с усмешкой понимая, что пользоваться этим арсеналом скорей всего придётся в самое ближайшее время.

– Агатик? Просыпайся, солнышко. Дядя дракон ждёт нас на ужин…

«Надеюсь, он сдержит своё обещание, и поможет нам, а не сделает нас своим главным блюдом!»

Агата проснулась без проблем. Зря переживала. Да, малышка немного покапризничала, но это у нас было нормой. После сна внучка всегда капризничала. Бороться с этим легко – погладить, поцеловать, рассказать что-нибудь смешное или интересное. Моя девочка сразу отвлекалась и втягивалась в процесс бодрствования.

С Агатой мне было легко. Говорят, с внуками взрослые ведут себя иначе, чем с детьми. Это так. Всё дело в возрасте… и мудрости, которая приходит, пусть и не к каждому. Ты понимаешь, что половина из тех придирок и замечаний, которыми ты донимал своего ребёнка, выеденного яйца не стоят. Время летит так быстро! Хочется просто наговориться. Рассказать всё, что кажется наиболее важным, помочь адаптироваться в обществе, в государстве, в жизни в целом. Работа и деньги отходят на второй план. Мысль, что надо заработать больше – и это только ради ребёнка, ради его материального блага – всё уходит. Мудрая старость понимает: никакое количество денег не заменит твоего тепла. Ты – бесценна, а не твоя зарплата! Именно сейчас – в этом возрасте!

А вот когда твой ребёнок становится подростком – вот тогда и надо включать на полную нитро-ускорители своей работоспособности.