- Она не могла...- на полуслове осекся еще один голос. По знакомым ноткам я поняла кому он принадлежит и внутри все сжалось от желания оказаться рядом с этим человеком.

- Уж ты то сам прекрасно понимаешь - нет смысла оправдывать преступницу. - по коже побежали мурашки страха. Гадкое предчувствие чего-то нехорошего сжало моё сердце в болезненном спазме.

- Пойми, она изменилась. Совсем. Это уже не та Виолора, которую все знали. - защищал магистр Грайн. Но второй мужчина был непреклонен.

- Я тебя не узнаю Эрвал. Что с тобой произошло? Почему ты не веришь в доказанные факты? - убеждал неизвестный. Только вот до меня все никак не доходило что именно он пытается доказать магистру Грайну.

Мысли метались в голове выставляя вереницу не отвеченных вопросов. Тело начало понемногу чувствовать окружающий мир и это вдохновило меня пошевелится, а во втором варианте позвать кого нибудь в комнату. Ну должны ведь мне помочь и вообще я в туалет хочу, и есть и пить и еще много чего хочу. Двинула пальцам на руках и ногах, порадовалась. Покалывание прошло по всему телу, от кончиков пальцев и до самого сердца. Кровь побежала по венам разгоняя застоявшееся состояние. Еще несколько мгновений я просто лежала и ждала когда моё тело перестанет трясти мелкий озноб. Голоса за дверью уже прекратились и я не обращала внимание на окружающее пространство, полностью сосредоточившись на себе.

Пролежав так в полной тишине и темноте какое-то время, решила вновь пошевелится, в комнату пока никого не звала, не то что испугалась, просто решила повременить. Руки чувствовались уже намного лучше, ноги кстати тоже, да и все тело было для меня родным и любимым. Поднесла руку к лицу и опешила. На моем запястье красовался металлический браслет с тонкой цепочкой уходящей под легкое покрывало, прикрывавшее моё как выяснилось обнаженное тело.

Щеки вмиг окрасил румянец, а лихорадочные мысли метались от предполагаемого смертника, посмевшего меня раздеть. Натянула покрывало до самого подбородка и потянула вторую руку к цепочке. На втором запястье обнаружилось такое же украшение, что меня совершенно дезориентировало. Что это еще за подарки такие?

Не обращая внимания на свою наготу, быстро стянула с себя покрывало и уставилась на такие же браслеты с цепочками на ногах. Все четыре тонкие цепочки тянулись под небольшую кровать, на которой я лежала. Перегнулась через край своего ложа чтобы найти концы утонченных пут, но наткнулась на пустоту в пространстве.

- Ррррр. - голос позади заставил меня подпрыгнуть на месте и как в кокон замотаться в свалившееся на пол покрывало. С большим трудом и трясущимися руками подняла свою единственную одежду и запахнула чуть ли не на носу. Только после этого опасливо посмотрела в сторону откуда шел недовольный рык.

- Ммагистр? - пискнула в испуге, когда увидела сверкающие звериные глаза.

- Значит играла! - с ненавистью выплюнул магистр. - Ты мне только одно объясни, как? Как ты смогла заставить моего зверя почувствовать в тебе пару? Еще какой-то неожиданный скрытый потенциал? - злость плескалась в каждом слове произнесенном с губ, которые меня с чувством целовал в пустоши.

Мне было обидно, что мужчина ни то что не подходит ко мне, а еще и так грубо со мной общается. Словно я в чем то виновата и он готов как нашкодившего щенка выкинуть на улицу. Конечно я помнила прекрасно все что натворила Виолора Вайс, но ведь он сам ничего не знает, так почему по чужим словам так судит обо мне?

- Где Диалла? - прикусив губу посмотрела на магистра Грайна. В груди с каждой секундой все сильнее разжигался огонек обиды. Чтобы не выдать своего состояния старалась выглядеть невозмутимой и отстраненной.

По словам подруги, еще когда только я попала в этот мир, я молчала как рыба о своем происхождении. Тогда Диалла вместе с ректором строго-настрого запретили ни слова говорить о другом мире при посторонних существах. Чем это может грозить, им было неизвестно, но ничего хорошего мне не светит это точно. Вот и сейчас, я сидела и строила из себя невинную овечку совершенно непонимающую что от меня хотят.

Лицо мужчины исказила гримаса отвращения. - Где противоядие?

И вот что я могу ему сказать? Никакого противоядия нет и не было. Да и если есть рецепт, то никто кроме настоящей Виолоры его не сможет сделать. Становилось страшно. Страшно за свою жизнь и за подругу. Внутреннее чувство подсказывало, что просто так мне не отделаться от участи преступницы. И что уготовано в этом мире в наказание даже предположить не могла.