Аора замолчала и сменила в игле нитку.

- А что стало с ребенком? – спросила я. На Земле в сказках почти всегда счастливый конец, а здесь все умерли.

- Сын за отца не в ответе, - пожала плечами служанка. – Наверное, вырос, даже не утратив своего титула. Королем, конечно, уже не стал, но ведь не обязательно править, чтобы приносить пользу другим, верно?

- Верно, - согласилась я и отпила из кружки остывший лачо.

И все же что-то в сказке Аоры было неправильным, нелогичным или исковерканным. Я это чувствовала, но не могла определить, что именно меня натолкнуло на подобную мысль. Одно мне было известно точно – в каждой сказке есть доля правды. Старушка сама заговорила.

- Хотя, моя бабка еще кое-что говорила, - произнесла она, делая очередной стежок.

- Что? – нетерпеливо спросила я.

- Вы лепешечку-то доешьте, леди. А я скажу, не сомневайтесь. – Пришлось намазать кусок лепешки медом и отправить его в рот, только после этого Аора продолжила: - Так вот, она говорила, что в мире существует еще один вид магии – магия власти. Ею наделен лишь истинный король, и он рождается один раз в триста лет, чтобы вершить великие и справедливые дела. Вот я и думаю, что проклятый король и был истинным, а раз его потомство больше не правило, значит, у Аэрлеи больше и не было истинного правителя.

Я закашлялась, подавившись лепешкой. А ведь мы с Женькой вместе штудировали книги по истории Леандора. И нигде не нашли причины тому, за что род Стевов, род моего жениха лишили короны. Получается, Кайо не истинный правитель, а Таэрт, как акула кружит вокруг трона, чтобы при удобном случае устроить государственный переворот?

Нет, тут тоже что-то не сходилось. При таком слабом короле, столь хитрый придворный, как лорд Стев, мог уже много раз занять трон. Очевидно ему это без надобности. Он и так фактически правит, умело манипулируя поступками Кайо.

Должно быть что-то еще. Я это чувствовала так сильно, что меня просто распирало изнутри, словно отгадка была очень близко. Хотя… Хотя это могла быть и тревога за Женьку. Да-да, я чувствовала, что ей в пути приходится несладко. А сказка… Сказка всегда могла остаться просто сказкой, развлечением для детей.

Я поблагодарила Аору, умылась, оделась и отправилась в лабораторию. Были у меня идеи и неотложные дела.

На лестнице меня нагнал аррел. В лапах он держал потрепанную тетрадку.

- Я ждала тебя раньше, - сказала вместо приветствия, подставляя плечо. Дневник Фрея сам упал в руки прежде, чем птица приземлилась.

- Да герцог перестраховывался, - попытался оправдаться, а в результате просто наябедничал Лошариус. – Полчаса вопил, что артефакт редкий, древний и должен остаться минимум потомкам, а потом еще чары отвода глаз накладывал.

- Правильно сделал, - поддержала я Агиара. Ректор вызывал уважение, а разумность его поступков не подвергалась сомнению.

- Не начинай, - ответила птица и предупредила о серьезности своих слов, сильнее сжав когти на моем плече. – Хватит с меня и Настасьи, которая со своего арса пылинки сдувает, а меня не замечает, словно я сирота!

Ах, вот оно что. В пернатом говорила обида на герцога и ревность.

- Зря ты так, - с улыбкой заметила я. – Конечно, Настя очень любит супруга, но, уверена, и для нас с тобой в ее сердце отыщется местечко. Например, я тебя считаю не просто другом, но и очень ценным средством информации. Ты единственная ниточка, которая связывает нас с настоящим отцом, потому что только ты знаешь, каким он был, над чем работал, как относился к каждой из нас.

- Великим он был, Светка, - как-то неожиданно хрипло заметил аррел. – И хватит об этом, а то я становлюсь излишне сентиментальным, а за вами глаз да глаз нужен. Особенно за тобой, как за птенцом, еще не создавшим пару и не свившим своего гнезда.

Собственно, Вигмарий Фрей хоть и интересовал меня, как любой эпизод истории, но думала я вовсе не о нем. Только не знала, с чего начать разговор. Лошарик же сам позволил сменить тему.

- Узнал что-нибудь о проклятом страже? – спросила я.

- Пока нет, - ответила птица. Было заметно, что аррелу неприятно признаваться в своей неудаче. – Во дворце и корпусе стражей ходит много слухов, но открыто об этом никто не говорит. Уж поверь, я потратил на это все утро.

- Спасибо тебе, - поблагодарила Лошика.

Я твердо знала одно – мой ночной гость и проклятый страж, которого искали все королевские патрули, одно и то же лицо. Это означало, что найти его будет сложно. Ничего, Бурмистровы и не с такими задачами справлялись.