- Сплясал? – переспросил Орфес, и, если до этого он просто смеялся, то теперь расхохотался громко и, наверное, заразительно.

Эх, жаль я не могла разделить его веселья. Отчасти из-за чувства ответственности за содеянное, отчасти от душевных терзаний за то, что невольно принесла вред чело… арсу. Но самый главный урок, который я вынесла для себя сегодня: магия – это прежде всего большая ответственность и уж потом огромные возможности и все прочее.

- Извини, - почти прошептала я.

- Слана, будь вы коренными леандорками, вы бы с сестрами некоторые вещи читали между строк и принимали их как само собой разумеющееся. Даже дети знают, что подавить волю весьма сложно, и простое бытовое заклинание с этим бы ни за что не справилось, - пояснил мне герцог.

- А как же тогда мое? – растерялась я.

- Оно и не подчинило волю Кайо. Более того, когда ты снимешь чары, он будет помнить все, что с ним происходило. Ты просто заперла его сознание, заменив его иным, созданным тобой.

- Это как?

Признаться, я пока ничего не поняла, кроме двух вещей: Кайо все вспомнит и наверняка затаит на меня злость, и главное – его можно вылечить и вернуть обратно. Второе безусловно не могло не радовать, а вот первое…

- Ты применила заклинание, которое используют маги для дрессировки пастушьих собак. После такой обработки псы лучше слушаются хозяина и верно ему служат, - наконец, приоткрыл завесу тайны Орфес.

- С-собак… - прошептала я. Смутное воспоминание о мимолетной, казалось бы, совершенно неважной мысли вдруг проявилось и, признаюсь, озарило догадкой, при этом до чертиков напугав.

- Ты что-то вспомнила? – проявил чудеса проницательности герцог.

- Да-а… Кажется… - я не была уверена в своих выводах, но решила рассказать о них Агиару. – Когда я злилась, а пояс уже пульсировал и готовился защищать меня, то в мыслях назвала Кайо «собакой бешенной», понимаешь? Это неосознанно, нечаянно…

Мое признание вызвало новый приступ хохота у Агиара. На этот раз он даже достал платок и смахнул выступившие на глазах слезы.

- Ох, Слана… Ты и твои сестры – поистине дар Леандору. Ваша непосредственность поражает, а доброта – заразительна. В целом, что ты хотела, то и получила, превратив сознание моего брата в собачье. Даже обладая сильной магией, он не смог бы противостоять твоей. Тем более, усиленной двумя могущественнейшими артефактами, - рассказал он, когда уже смог говорить.

- Вернуть-то его как-то можно? Или нам с мужем придется ему коврик у порога в спальню стелить и вынужденно научить его приносить нам тапки по утрам? – вырвалось у меня. Снова случайно. Но только потому, что меня безмерно волновала вся эта ситуация, а воображение рисовало страшные картины будущего.

Несмотря на смешинки в глазах, на этот раз герцог остался серьезен. Отчасти, возможно, потому, что отпущенное нам время заканчивалось – Кайо догрызал свою кость.

- Как ты понимаешь, пастушьи собаки такой же товар, как и скот, который они пасут, - стал описывать процесс Агиар. – Иногда, например, при смене хозяина, требуется снять привязку. И тогда используется другое, но то же несложное заклинание. Сейчас я тебе начерчу его формулу. Твоя же задача состоит в том, чтобы применить его на Кайо, используя силу артефактов.

Герцог прошел к письменному столу, присел и стал что-то рисовать на чистом листе. Когда же он мне показал результат, оказалось, что магия действительно самая элементарная. Три линии, два поворота, три дуги.

- Самое время, - поторопил Агиар, кивнув на брата, который уже терял интерес к кости. – Дерзай, Слана.

Я сосредоточилась и, собрав силу своей магии, направила ее к артефактам. Они откликнулись, словно только и ждали команды. Плетение тоже не вызвало проблем. Герцог внимательно следил за моими действиями и одобрительно кивал, чем неимоверно меня поддерживал. Закончив с основным, я направила всю эту усиленную конструкцию в Кайо…

Король вздрогнул, не удержался на четвереньках и упал физиономией точно в центр испачканного жиром блюда.

- Получилось? – с надеждой спросила я у Орфеса.

- Будем надеяться, - тут же ответил он. – Сейчас сама увидишь.

Кайо поднимался медленно, еще медленней потирал колени и расправлял плечи. Затем король осмотрел себя, пришел в ужас, найдя свой вид непотребным и непрезентабельным, и только потом увидел нас.

«Ну, сейчас начнется!» - подумала я и на всякий случай прикрыла глаза.

Оно и началось, разумеется.

- Какого темного бога здесь происходит? Я вас спрашиваю! – заорал Кайо.

- Я это… - кажется, мне что-то хотелось пояснить королю или даже извиниться, но герцог меня остановил и ответил сам.