Когда я, наконец, проснулся и вымылся в чудовищном душе Мейсона, и спускаюсь вниз на кухню, меня ждет кофейник, а также мать Мейсона, сидящая на своем обычном месте за обеденным столом.

Миссис Нэш мне тепло улыбается, как всегда. Она каждый день приходит проведать нас и убедиться, что мы справляемся со всеми делами, связанными с Кэмероном, и если и замечает, что в доме используется только одна кровать, то ничего не говорит.

Не уверен, планирует Мейсон открыться ей или нет, но это не мое дело, поэтому я ничего не говорю.

- Мейсон все еще там. - Она бросает взгляд через стеклянные двери на аккуратно посаженные ряды деревьев.

В ее карих глазах есть что-то похожее на то, что чувствую я - тихая настороженность по поводу психического состояния Мейсона.

- Мы должны вылететь обратно сегодня вечером, - говорю я.

- А-а. Это все объясняет. Он, наверное, прощается со всеми своими малышами.

Почему-то я представляю, как он там выращивает целую кучу Грутов[1], придающих ему уверенности в себе.

Я прислоняюсь к кухонному столу со своей чашкой кофе и наблюдаю за миссис Нэш.

- Я подумываю о том, чтобы попросить его остаться еще ненадолго.

- Это было бы хорошо для него, но не уверена, насколько хорошо без тебя. - Ладно, теперь она смотрит на меня с той же настороженностью во взгляде.

- Уверен, с ним все будет в порядке. - Я отпиваю из своей чашки и избегаю зрительного контакта.

Она встает и подходит ко мне.

- Мейсон тяжело пережил смерть отца, а с Кэмероном переживает все это заново. Ему нужно время. А ты как? Как ты справляешься?

Я пожимаю плечами, но как-то натянуто.

- Возможно ли стать невосприимчивым к потере? У меня никогда не было никого, кто был бы рядом постоянно. Мне грустно, и я скучаю по нему, конечно, но… жизнь продолжается. У меня нет семьи…

Она тянется, обхватывая мою руку своими тонкими пальцами.

- Вот тут ты ошибаешься. Мейсон - твоя семья, и я тоже. Тебе всегда здесь рады, и кто знает, может, однажды ты почувствуешь себя достаточно комфортно, чтобы называть меня мамой.

Я резко втягиваю воздух, потому что не понимаю. Она что, говорит, что знает о нас с Мейсоном, или она просто любящая мать-наседка, какой всегда была для всех из «Одиннадцать». Может, она и нечасто бывала рядом, но когда бывала, то заботилась о нас, как о родных.

- Я вижу, как Мейсон смотрит на тебя. Я видела, каким несчастным он был, когда вы поссорились. Я не слепая.

- О.

- Не говоря уже о том, что я убираю в этом доме. Либо ты стал менее неряшливым, чем был раньше, либо спишь в постели моего сына.

Неужели здесь вдруг стало жарко? Я дергаю себя за воротник рубашки.

- Прости. Не хотела ставить тебя в неловкое положение.

И вот она снова говорит своим материнским тоном, и слезы наворачиваются на глаза, но я стараюсь их сдержать. Я не знаю, чего хочу больше: чтобы она приняла нас с Мейсоном как пару или чтобы меня считали частью семьи, несмотря ни на что.

- Я был влюблен в Мейсона много лет, - признаюсь я.

- И он тоже был влюблен в тебя. Просто он этого не знал. Но теперь знает, верно?

Я киваю, но как-то нерешительно.

Она обнимает меня своими маленькими ручками как раз в тот момент, когда открывается задняя дверь и входит Мейсон. Дерьмо. Я вытираю глаза, когда она отстраняется.

Мейсон хмурится.

- Что случилось? - Он без колебаний встает на мою сторону.

- Твоя мама знает. Я не говорил ей. Она знала.

Он моргает.

Его мама упирает руки в свои бедра и приподнимает бровь.

- И когда ты собирался сказать мне, что нашел человека, к которому относишься по-настоящему серьезно?

- Прямо сейчас? - взвизгивает Мейсон.

- Ты боялся, что я не одобрю?

- Нет, нет, не это. Я боялся, что ты будешь волноваться. Нас и так полощат в СМИ, и тебе это не нравится. Это...

- Это никого не касается, как и все остальное дерьмо в этой отрасли. Здесь ты должен отдохнуть от всего этого, и я не хочу, чтобы тебе было некомфортно в собственном доме или чтобы ты чувствовал необходимость хранить секреты.

- Это не так.

- Хорошо. А теперь обними меня, и я оставлю вас наедине, мальчики.

Мейсон обнимает ее.

- Мы заедем вечером перед отъездом в аэропорт. Риа сказала, что подвезет нас.

Его мама бросает на меня взгляд, и мне не нужно читать ее мысли, чтобы понять, о чем она думает. Ему нужно побыть здесь еще немного.

Когда она уходит, Мейсон притягивает меня к себе.

- Что ж, это было легкое признание.

- Если бы все были такими, уверен, Харли и Райдер сделали бы это много лет назад.

- Возможно, - бормочет он мне в шею, а затем там целует.