- Я так понимаю, это означает «да»?

На его лице появляется дикое выражение - его образ плохого мальчика выходит наружу, и мне это нравится.

Шутки в сторону. Я хочу взять его член в рот больше, чем сделать следующий вдох.

Как бы сильно мне ни хотелось наброситься на него и отсосать, я знаю, что нужно действовать постепенно. Медленно я провожу языком по нижней части до кончика и сосу только головку.

Звуки, которые издает Мейсон, кончая, возбуждают больше, чем любые всхлипы, тяжелое дыхание или стоны, которые я когда-либо слышал раньше. В реальной жизни или в порно. Здесь, в этот момент, Мейсон едва держится на ногах, и когда он издает эти звуки, знаю, он пытается восстановить контроль.

Все мои движения ртом по его члену - сплошная неразбериха. Сосание превращается в попытку заставить его стонать, но тут мой собственный член протестует.

Он так болит, что я должен что-то сделать. Я высвобождаю свою руку, и на этот раз он издает мучительный звук. Это так горячо. Я хочу сказать, что сейчас верну руку, но мне это не нужно, потому что в ту секунду, когда он видит, как я борюсь со своими штанами, говорит:

- Да, блядь. Прикоснись к себе, Денни. Кончи вместе со мной.

Таков план.

Мой член свободен, я могу ласкать себя, а другой рукой направлять в рот член Мейсона.

Я сосу, поглаживаю и дрочу так быстро, что оргазм подкрадывается все ближе. И когда Мейсон начинает толкаться мне в рот и теряет контроль, мой оргазм только нарастает.

Нежная и ласкающая рука Мейсона в моих волосах мгновенно меняется. Его пальцы сжимаются, и у меня начинает покалывать кожу головы. От этого электрический ток разрядами устремляется прямо к моему члену.

И когда Мейсон выдыхает:

- Денни, - все кончено. Для нас обоих.

Хочу проглотить его целиком, но мне трудно дышать, его член находится у задней части моего языка, а его сперма стекает мне в горло.

Я продолжаю извергаться, пока его сперма стекает с уголка моего рта. Но затем наши измученные тела расслабляются, и когда я отстраняюсь от него, он проводит большим пальцем по моим губам и стирает свои следы с моего подбородка.

- Это было горячо.

Я едва могу отдышаться.

- Очень горячо.

- Давай быстренько приведем себя в порядок, вернемся и найдем любой предлог, чтобы оставить Блейка здесь и уйти домой.

Я вытираю рот тыльной стороной ладони.

- А смысл? Не думаю, что в ближайшее время кончу снова. - Я встаю и направляюсь к раковине, беру полотенца для рук из автомата, заканчивая приводить себя в порядок.

Мейсон подходит ко мне сзади.

- После этого я хочу обнимать тебя, пока мы спим. - Он наклоняет голову и целует меня в плечо.

Еще вчера я волновался, что он не захочет пойти со мной в душ. Я поворачиваюсь.

- Я все еще не могу поверить, что это происходит.

- Я тоже. Но не хочу, чтобы это прекращалось.

- Я тоже.

Он отстраняется от меня.

- Если бы это не выглядело очень подозрительно, я бы взял тебя за руку, но не думаю, что гетеросексуальные парни так поступают.

- Эй, проявление привязанности между лучшими друзьями-парнями должно быть нормой. - Но я открываю дверь уборной и пропускаю его вперед.

- Согласен, - перекрикивает он музыку, но затем подходит ближе. - Но мы же уже не просто лучшие друзья, да?

Мое сердце скачет со скоростью миллион миль в секунду. Думаю, он не ждет ответа на этот вопрос, потому что возвращается к нашему столику, за которым уже сидит Блейк в компании актера.

Когда мы занимаем свои места, Блейк прерывает разговор с ним и смотрит на нас.

- Вы теперь в туалет вместе ходите?

- Безопасность превыше всего? - Хриплю я.

Кому-нибудь другому мы могли бы сказать все, что угодно, например, что мы употребляли кокаин, но только не Блейку. Блейк знает, что я и близко не подхожу к наркотикам. По иронии судьбы, я не хотел, чтобы у меня развилась зависимость. Теперь сижу и жалею, что не могу дотянуться до стакана Мейсона с виски и выпить его.

Не буду, но очень хочу.

- Вот именно. А что, если в туалетах притаился какой-нибудь фанат, готовый напасть на нас? - Спрашивает Мейсон.

Актер смеется.

- Я Джордан. - Он протягивает руку для рукопожатия мне, а затем Мейсону.

- Джордан Брукс. Мы знаем, - говорит Мейсон.

Ему за тридцать, у него каштановые волосы с золотистым отливом, а улыбка выдает голливудского актера. У Блейка такая же улыбка. Урок актерского мастерства № 101: учим красивых парней правильно улыбаться.

- Боже, это никогда не надоедает, - говорит он.

- Что не надоедает? - Спрашивает Мейсон.