Как только он перестает судорожно вздрагивать, я отпускаю его и подношу пальцы ко рту. Денвер наблюдает, как я втягиваю в себя пьянящий солоноватый вкус. Не так уж и плохо, как я ожидал, и если это заставит Денвера смотреть на меня так, как сейчас - с широко раскрытыми глазами и покрасневшими щеками - я с удовольствием проглочу все.

Затем он наклоняется вперед и прижимается губами к моим губам, его язык проникает мне в рот, и я понимаю, что он чувствует свой собственный вкус. Этого достаточно, чтобы я излился в его ладонь.

Оргазм обрушивается на меня с такой силой, и приходится прилагать усилия, чтобы удержаться на ногах.

Денвер обнимает меня свободной рукой и прижимает к себе.

- Если так, то я точно буду чаще принимать душ, - говорит он.

- Твой счёт за воду будет просто заоблачным.

- Оно того стоит.

(от англ. body - «тело» и shame - «стыдить») - форма дискриминации и психологического давления, при которой человека критикуют, высмеивают или оскорбляют за его внешность и физические особенности

Глава 19. Денвер

Как это может быть реальной жизнью? Нет, правда. Как?

Мейсон Нэш сидит у меня на диване, с планшетом в руке, просто… сидит и читает после целого дня и ночи оргазмов и объятий. Его ноги небрежно скрещены в лодыжках, как будто он чувствует себя как дома. В моем доме. Со мной.

Я закрываю глаза и щипаю себя, но когда снова открываю, Мейсон все еще рядом.

Я собираюсь пользоваться этим, пока могу. Я бросаюсь на него сверху. Он издает смешок, но не отрывает взгляда от экрана.

- Тебе лучше больше не заглядывать на сайты голливудских сплетен. Они токсичные.

- Они повсюду. - Он поворачивает планшет ко мне, и там, в «Лос-Анджелес Лайф», наши фотографии во время вчерашней прогулки.

Есть несколько снимков, на которых мы улыбаемся. На одном я хмуро смотрю на Мейсона, а на другом мы стоим слишком близко друг к другу. В этом кадре хорошо то, что он выглядит так, будто у нас серьезный разговор, а не то, что было на самом деле - Мейсон говорит, что любит мое тело.

При воспоминании об этом член дергается. Мне хотелось поцеловать его прямо там, хотя я был зол на него за то, что он заставил меня тренироваться до полусмерти. Не хочу драматизировать, конечно.

- У деревьев, может, и нет ушей, но у них есть камеры, - говорит Мейсон.

- Как мы могли не заметить папарацци? Вместо того, чтобы быть у нас на виду, они теперь прячутся в кустах? Какие-то псевдо-ниндзя.

- Возможно, это фанат, и снимки были сделаны на мобильный телефон.

- Сомнительно. Они слишком издали и слишком высокого качества. - Я забираю у него планшет и увеличиваю одну из фотографий. - Что говорит эта? - Я показываю. На фотографии мы оба в кепках, но выделяется потрясающая улыбка Мейсона, его белоснежные зубы, обрамленные подстриженной бородкой. - Ты выглядишь по-настоящему счастливым.

- Я высмеивал тебя за то, что ты непригоден. Я был счастлив.

Хочется сказать, что дело не только в этом, но я отчаянно пытаюсь сдержать эти навязчивые чувства. Мне трудно, потому что я не понимал, что отношения с Мейсоном будут отличаться от отношений с другими людьми.

Почти всю свою карьеру я встречался без обязательств. Я встречался с актрисами и фанатками, зная, что это не продлится долго. Ни к кому из них у меня не было настоящих чувств, было легко какое-то время развлекаться, а потом бросать, когда это было необходимо.

С Мейсоном все настолько по-другому, что после нескольких совместных оргазмов и сна в его объятиях я захотел будущего, счастья и вечности с моим лучшим другом.

Я должен перестать отчаянно нуждаться в том, чтобы он влюбился в меня, и заставить его захотеть этого.

- Давай не будем смотреть на это дерьмо. - Я протягиваю руку и кладу его планшет на журнальный столик, а затем устраиваюсь на нем так, чтобы мне было удобно. Под удобством я подразумеваю, что наши члены будут находятся на одной линии, и малейшее трение сводило бы его с ума.

Его руки обхватывают меня и прижимают к себе так близко, что наши носы почти соприкасаются.

- На что бы ты хотел посмотреть вместо этого?

- Мм, я бы не отказался снова увидеть твое лицо во время оргазма.

- Отвечу тебе тем же. - Рука Мейсона скользит по моей спине и сжимает задницу.

Мне нравится, что он не стесняется исследовать меня в сексуальном плане. Он нервничает, это очевидно, но и я тоже. Единственное, что заставляет меня думать, что я знаю, что делаю, то, как долго я хотел, чтобы это произошло. Это сильно перевешивает все остальное.

Я наклоняюсь и крепко целую его, но у нас даже нет времени добавить языки, когда срабатывает мой чертов домофон.

Твою мать.

- Кого-нибудь ждешь? - Мейсон тяжело дышит.

- Нет.

Я даю ему три секунды, чтобы сообразить. Ему нужна всего одна.

Он закрывает глаза и обмякает подо мной.

- О нас писали в таблоидах. Харли знает, что я в Лос-Анджелесе.