— Ещё бы, так я покупаю кольцо или подождём несколько дней? — не унимался друг.

— Это уже шантаж, — попыталась я слезть с его колен, но меня не отпустили.

— Ты же понимаешь, что я теперь тебя не отпущу, буду преследовать, даже если ты меня бросишь, и твои родители будут на моей стороне, — прошептал мне Адам.

— Ну, если у меня нет выбора, тогда я согласна, — просто ответила я, зная его противный характер, лучше не спорить.

— Тогда я позвоню отцу.

— Не-е-е-ет.

— Да, и ты подтвердишь мои слова как миленькая, — сжал меня Адам и притянул к себе, чтобы укусить за щеку.

— Не кусайся, — потерла я ладонью слюнявую часть своего лица.

Друг, не долго думая, взял меня под мышку и потащил в спальню, уложил на кровать и сел сверху, чтобы я не дергалась. Набрал родителя.

— Привет. Говори, я на совещании.

— Мы с Евой женимся, — сказал друг.

— А она знает об этом? — весело спросил его отец.

— Знает, — уставился на меня Адам со взглядом «только попробуй рыпнуться».

— А её родителям ты звонил?

— Нет ещё, жду, что ты скажешь по поводу свадьбы, нужно всё организовать.

— Сделаем, мать займётся, я оплачу.

— Договорились.

— Но ты потом всё отработаешь, — пригрозил ему отец.

— Конечно, отработаю.

— Давай, Еве привет, — и он отключился. Набрав номер моих родственников, Адам дождался ответа.

— Привет, Адам, — сказал папа.

— Мы с Евой женимся, я хочу попросить благословения.

— Чего вы с Евой?

— Женимся.

— Лара, — раздался крик, обращённый к моей матери, — этот идиот наконец-то сделал ей предложение.

Мой папа, что тут скажешь.

— Кто сделал предложение? Кому? — послышался женский голос.

— Адам нашей дочери, просит нашего благословения.

— Я ещё здесь, — сообщил им друг.

— Адам? Мы же только за, Господи, какая радость, я так рада, боже мой, — начала причитать мама, чуть ли не плача.

— Мы даём благословение, — заключил отец, после того как родительница разрыдалась в трубку и пожелала нам здоровья, любви, благополучия и т. д.

— Вечером приезжайте, вместе и отпразднуем, договоримся о свадьбе, — сказал отец.

После завершения разговора Адам выдал:

— Теперь ты не отвертишься, — и поцеловал меня в губы.

Конец.